Инферно Габриеля

Она любовалась его мускулами, плоским рельефным животом и чувствовала, как у нее внутри что-то тает. Теплая волна достигла ее лона и ушла глубже; особенно когда восхищенные глаза Джулии разглядывали его божественно красивые гениталии. Перед нею стояла современная живая копия микеланджеловского Давида, но не такого кряжистого и с более выразительными руками. Возможно, в Джулии сейчас говорил дурной вкус, но она испытала странное удовлетворение, подумав, что даже по «мужской снасти» Саймон значительно проигрывал Габриелю.

Возможно, у нее такая карма, но жизнь достаточно рано показала Джулии мужские гениталии. Правда, то было принудительное созерцание, без особого любопытства с ее стороны. Она закусила губу, но не от стыда, а чтобы не захихикать, как школьница, случайно увидевшая мужской член.

Габриель заметил ее странную реакцию, но промолчал. Он подавил усмешку, мысленно сказав себе, что сейчас не время отпускать шуточки по поводу размеров его члена. Он вовсе не стремился ошеломить свою любимую, однако знал, как выглядит, когда стоит перед женщиной совершенно голым.

— А теперь можно мне? — прошептал он, осторожно касаясь ее волос.

Джулия молча кивнула, и он начал аккуратно вынимать заколки, высвобождая ее локоны. Она закрыла глаза, упиваясь ощущением его пальцев, порхающих в ее волосах. Ей сразу вспомнилось, как в доме Ричарда Габриель решил поиграть в парикмахера и расчесывал ей волосы.

Он не пропустил ни одной заколки, и теперь волосы свисали с ее плеч, словно плотный темный занавес. Потом Габриель осторожно снял с нее комбинацию, и Джулия осталась в черном кружевном лифчике, черных кружевных трусиках и черных тонких чулках с подвязками.

«Эротическое совершенство черного в сочетании с краснеющей невинностью».

Джулия была обворожительна. Но она всегда нервничала, если ее начинали разглядывать. Особенно полуобнаженную. У нее не было оснований стесняться своего тела, но она все равно стеснялась. Почувствовав это, Габриель осторожно прижал ее к себе и целовал до тех пор, пока оцепенение не ушло из ее плеч.

— Джулия, я хочу увидеть тебя целиком, — прошептал он.

Она кивнула, и он с величайшей неторопливостью расстегнул подвязки и стал медленно снимать с нее чулки, сворачивая их, пока возле ступней они не превратились в два черных жгута. Ее эрогенные зоны с внутренней стороны коленей получили новую порцию ласки. Прерывистое дыхание Джулии подсказывало ему, что он все делает правильно. Встав сзади, Габриель стал покрывать поцелуями ее плечи и только потом расстегнул лифчик. Джулия подхватила его и бросила в общую кипу одежды. Она вдруг подумала, что даже эта кипа на полу смотрится очень эротично.

Стоя сзади, он приподнял ей груди и почему-то сам покраснел вместе с нею.