Индульгенция 1. Без права выбора

Меня вполне устраивает их нынешний уровень и мне бы не хотелось, чтобы они становились сильней. А кто контролирует Пустоши?

В воздухе возник образ человека в плаще с капюшоном — глава теневых контрабандистов, давно тайно подконтрольных Борису.

— Через неделю их караваны превратятся в пепел. Все проходы буду завалены. Не пройдет и пары лет, как они ослабнут и обратятся за помощью к нам, потому что это наша территория, которой мы позволили им пользоваться.

Князь Раздоров замер, сжимая и разжимая кулаки. Разум говорил, что план Бориса безупречен, но ярость требовала немедленной крови.

— А пока мы ждём, они снова нападут на него!

— Пусть попробуют, — император усмехнулся. — Твоя Навка будет вместе с ним, а мой лучший убийца отправится туда же, в академию. Каждая их попытка убить его станет гвоздём в их гроб. Ты получишь свою месть, Григорий. Но не как бешеный пёс… Как хищник, рвущий горло спящей жертве.

На этом совещание предлагаю закончить. Свои обвинения мы выставим завтра, после приема. Григорий, останься.

Подождав, пока остальные выйдут, он поднялся с трона и пересел поближе к другу. С отвращением стянул с себя мантию и швырнул ее на пол.

— Бесит, — пояснил он, поймав вопросительный взгляд Раздорова.

— Традиция, — пожал плечами тот. — Так о чем ты хотел поговорить?

— Да о том, о сем, о разном. Твой сын, Видар — он сильно изменился. Не пойми меня неправильно, но раньше он был, как бы это помягче сказать…

— Вечно ноющей, подлой размазней, -усмехнувшись, подсказал Раздоров.

— Ну как бы да, не в обиду тебе будет сказано. А сейчас я прямо его не узнаю. Видел драку в «Притоне» — воин. Бился как лев, и без магии. Буквально грыз врагов, — хохотнул он, вспомнив откушенные пальцы Романа.

— Сам в шоке, веришь — нет? Смотрю на него и не узнаю своего сына. Видать, последствия проклятья проявились.

— Ах, это… Ну да, возможно. Кстати, ты ж теперь вдовец, как я полагаю?

— Убил гадину, — скрипнув зубами, кивнул он. — Жаль, поторопился. Надо было запытать ее до смерти. Слишком легко отделалась.

— Дети?

— Сбежали.

— Будешь мстить?

— А сам как думаешь? И не просто буду мстить, а показательно, чтобы другим неповадно было. Я вообще не понимаю, как со всем этим Видар еще с ума не сошел. Что ни день, то покушение, да ещё и в стенах родного дома… Знаешь, каково это — увидеть своего сына в крови? Ты, кстати, знаешь, что он проклятье сам у себя вырезал, с помощью осколка камня? На живую причем резал.

— Да ну?

— А вот так вот. Сам бы не поверил, если бы разрез на его животе не видел. Мой разгильдяй сын превращается в надежду рода. Кстати, я и об этом хотел поговорить. Думал завтра, но раз мы тут…

Хорошо сидишь, да? Только не падай — у него в покровителях сам Сварог!

— Да ты что? Не врешь?!!!

— Видел его вот так же рядом, как тебя сейчас.