Индульгенция 4. Без права на сомнения

Тут уже начинал завариваться клубок будущих отношений между ними. Ну, и несмотря на то, что сидели-то мы вместе, но каждый занимал, можно сказать, свой собственный сектор.

На этом фоне отчетливо выделялись Мранные, занявшие самые удобные места в центре и злобно смотрящие на любого, кто к нам приближался.

Зашли, сели. С одной стороны от меня была Танька, с другой Настя. Гиви сразу начал болтать с какой-то миловидной девушкой, отчаянно строя ей глазки. Та воспринимала это вполне себе с удовольствием и одобрительно кивала. Света расположилась чуть в стороне, но не слишком далеко.

Всего в лекционный зал набилось морд сто пятьдесят где-то, и все прям горели желанием учиться и внимать мудрости преподавателей."

"Я ждал, когда же заявится Гамаюновна, но увы… Сегодня нам лекцию читал другой мужик, хотя тоже светлый. Зайдя быстрым шагом, он огляделся, слегка поморщился, и стены чуть изменились, подернувшись рябью — появился потрескивающий камин, окна, чуть прихваченные инеем, даже запах сосны пробился в аудиторию. Подходящая атмосфера как раз для того, чтобы слушать сказки.

— Этот препод — легенда ранга боярин, — шепнул Гиви, не сводя с преподавателя восторженного взгляда.

А тот, одобрительно кивнув сделанному, повернулся к нам, настроившись на каждого из сидящих.

Камин в углу аудитории вспыхнул синим пламенем, осветив лица студентов, замерших в ожидании. Профессор Велеслав, чья борода была словно сплетена из нитей тумана, провел рукой над хрустальным шаром. Внутри заклубились образы лесов, рек и древних капищ.

— Представьте, — голос его звучал как шелест листьев в ночи, — мир, где каждое дерево — живое существо, каждое озеро — глаз бога, а ветер поет гимны тем, кто помнит. Сегодня мы вернемся в эпоху, когда магия не была наукой… Она была дыханием мира.

Согласно преданиям, вначале было Море-Окиян, бескрайнее и пустое. Но Род, праотец всех богов, пробудился в его глубинах. Из семени его мысли возникла Земля-Мать, а из дыхания — Небо-Отец. Их объятие породило первую магию — Живу — Эфир, силу, что связывает все сущее.

Представьте энергию, — профессор сжал ладонь, и между его пальцами вспыхнули искры, — не разделенную на стихии. Огонь танцевал с водой, камень шептался с ветром… И посреди этого хаоса явились боги-творцы.

Сварог, кузнец мироздания, выковал Солнце на своей наковальне. Каждая искра, упавшая с молота, стала звездой. Макошь, пряха судеб, сплела из нитей Живы полотно бытия. А Велес, змеевидный владыка подземелий, наполнил мир тайнами — теми, что прячутся в корнях дубов и шепотах мертвых.

Боги-учителя и первые волхвы

не желали править в одиночестве. Даждьбог, сияющий, как летнее солнце, спустился к людям, чтобы научить их добывать огонь. Но не трением палок, а желанием.