Одинаковые. Том 3. Индокитай

Остальные, по моим подсчётам, человек шесть, крутились возле самого большого дома, который, по-видимому, занял Лю Чжэньго.

Старая лачуга, где держали пленников, стояла в самом мрачном углу деревни. Двойная ограда из колючего кустарника и деревянных кольев делала её похожей на тюрьму. У входа постоянно дежурили двое вооружённых бандитов, ещё трое патрулировали территорию. Окно маленькое, зарешеченное, едва пропускало свет, массивная дверь заперта на тяжёлый засов. Всё это я разглядел издали, наблюдая с укрытия. Деревня жила под гнётом хунхузов: они держали в страхе не только местных, но и любого, кто осмеливался приблизиться к Байхэ.

Обдумав обстановку, мы с братьями определили, где какие объекты находятся, и приступили к планированию операции по зачистке банды. Решили действовать ночью, но сперва нужно было вычислить, где находятся секреты вокруг деревни. Надев маскировочные халаты, обошли периметр, удаляясь всё дальше, пока Лёха продолжал наблюдать с дерева. За два часа выявили три засады — наблюдатели держали под контролем два главных подхода к деревне, обе дороги.

Поняли: сначала надо устранить эти секреты, только потом браться за саму деревню. Согласовав действия, вернулись в лагерь — он был устроен примерно в двух вёрстах от деревни. Быстро перекусили из сухого пайка, выделили время на сон. Один из нас, естественно подменяясь оставался и наблюдал за Байхэ с дерева, остальные поочерёдно отдыхали, чтобы набраться сил перед ночной операцией.

Когда опустилась кромешная ночь, мы начали зачистку секретов. По опыту понимал: эти отморозки ночью смену не делают, расслабляются, теряют бдительность. Убрать их оказалось несложно — двое из трёх вообще спали на посту, третий дремал, ни о чём не подозревая. Мы с братьями двигались как единое целое, словно три части одного организма — даже в полной темноте чувствовали друг друга с полуслова, с полжеста.

Луна скрылась за тучами, Байхэ погрузился во власть теней. Я подобрался к большой фанзе — бараку, где гнездилась основная масса банды. Изнутри доносился храп, было видно: перед сном они изрядно набрались какой-то дряни, даже дрались между собой, а потом начали таскать молодых девушек к себе. Я молил Бога, чтобы не попасться мне сейчас Санька или Машка — иначе все планы полетели бы к чертям.

Тихо приоткрыв дверь, увидел: два десятка хунхузов валялись кто где — на циновках, на лежанках, на земляном полу. Я двигался бесшумно, как тень. Первый спал у входа — точный удар ножом в сонную артерию, и он ушёл без звука, я только придержал горло тряпкой, чтобы не хрипнул. Второй — на циновке слева, молниеносный выпад, и лезвие находит цель. Один за другим хунхузы получали свой смертельный укол — кто-то пытался проснуться, но мой нож всегда опережал их реакцию.