Как в индийском кино

– Вряд ли, – ехидно заметил он. – До девяти миллионов доходит!

– Ничего себе! – даже присвистнула я.

– Вот именно, – с таким удовлетворением сказал он, словно все квартиры в доме принадлежали ему лично. – Нет, ну ты представь! – никак не мог успокоиться он. – Наде и квартира, и все остальное, – он снизил голос до шепота. – Я краем уха слышал, что и все сбережения тоже ей отошли.

– Где слышал? – насторожилась я.

– Да тут старуха одна приходила… Ну из тех, что раньше бывала, – объяснил охранник. – У нее еще внук бешеный, ни минуты спокойно постоять не может. Так вот, она с Надей довольно громко разговаривала. Проще говоря, скандалили они. Старуха говорила, что несправедливо, что Надя стала единственной наследницей, и ей надо с Вадимом поделиться.

– А Надя что на это? – с неподдельным интересом спросила я.

– А та в ответ, что очень уважает Вадима Сергеевича, но волю мамы Вали не нарушит. Вот и получилось, что ей все, а сыну – шиш. Да на него только глянешь, и сразу понятно, какой он размазня, – парень покривился. – Видно, что умный, но бесхарактерный, на таких все кому не лень ездят. Вот и остался с носом.

– Говорят, она продала квартиру, – заметила я.

– И правильно сделала! – одобрил Надю парень. – А на что она ее содержать будет? Такую махину? А если вздумает замуж выйти, то сиди и гадай: то ли на тебя позарились, то ли на жилплощадь твою.

– Здравая мысль, – поддержала его я. – А когда это произошло?

– А мне откуда знать? – пожал плечами он. – Мне говорили, что в тот четверг вещи в контейнер грузили…

– В контейнер? – удивилась я.

– Ну да! Там еще надпись на боку была «Совмортранс», – подтвердил он.

«Это еще что за ерунда?» – Я даже растерялась и с большим подозрением спросила охранника:

– Ты ничего не путаешь?

– За что купил, за то и продаю, – обиделся парень. – Я когда у Петьки смену принимал, он мне и сказал, что Надежда съехала. И про контейнер, и про то, что там мужик рядом суетился в форме зеленой.

– Таможенник?! – совсем уже обалдела я.

– Не знаю, – пожал плечами он. – Только, как Петька сказал, он контейнер опломбировал, сел в машину и уехал. А потом и контейнер увезли.

Я уже ничего не понимала – кому могла понадобиться эта рухлядь, и, словно прочитав мои мысли, парень удивленно сказал:

– И кому могло потребоваться это старье? Ему самое место на помойке, а она ну ничего не выкинула!

– А когда это было? – уточнила я.

– Говорю же, – уже с раздражением от моего непонимания сказал он. – В четверг, девятого числа, когда Петька работал. Если хочешь, сама у него спроси.

– Хочу! – решительно заявила я.

Парень посмотрел на меня как на ненормальную, но набрал на своем телефоне номер и протянул мне. Ну что ж, все так и было, как он сказал.