Индиана Джонс и королевство хрустального черепа

Джонс внимательно осмотрел череп. Особенно обгорели глазные впадины. Казалось, что труп смотрит широко распахнутыми, удивленными глазами.

Матт не выдержал и отвел взгляд.

Мак с интересом рассматривал золотые кольца и браслеты, украшенные драгоценными камнями. Наверняка успел набить карманы, пока никто не видел. Джонсу и Марион было не до него. Марион медленно двигалась вдоль стены и, словно в музее, разглядывала разложенные в нишах бесчисленные экспонаты: кубки и мечи, короны и шлемы, резные таблички и каменные инструменты.

Матт снова повернулся к отцу.

Фигуры, расставленные полукругом, напоминали гостей, которые съехались на какой-то зловещий бал-маскарад. Казалось, здесь были представители всех эпох и народов. Матт узнал рогатый шлем викинга, потрепанные доспехи античного воина, отполированные до блеска рыцарские доспехи. Были здесь и фигуры в туниках, набедренных повязках, экзотических костюмах. Было даже два китайских самурая в полном боевом облачении.

Но всех их постигла одна и та же участь.

– Они сгорели, – промолвил Матт, чтобы нарушить тягостную тишину. – Все до единого... Что же с ними случилось?

– Хороший вопрос, – снова кивнул Джонс, выпрямляясь и окидывая взглядом другие фигуры и бесчисленные ниши в стене. – Здесь собраны экспонаты всех эпох... – продолжал он, восхищенно обводя рукой помещение. – Вот македонцы. А там – самаряне...

Матту припомнилось кладбище конкистадоров. Громадный ларец, набитый золотыми монетами всех эпох и стран. Юноша еще огляделся вокруг. Ну конечно, конкистадоры здесь тоже присутствовали.

– Похоже, им удалось напасть на золотую жилу... – пробормотал он.

Но Джонс не слушал. Продолжал свое:

– Это этруски, а это – вавилоняне...

У Мака разгорелись глаза.

– Любой музей мира отдал бы все что угодно, чтобы хоть на день заполучить такую экспозицию!

– Каменный век... Доисторическая эпоха.;. – как зачарованный повторял Джонс.

– Да здесь добра – на сотни музеев!

Наконец Джонс пришел в себя и повернулся к остальным.

– Сдается мне, что все они тоже были собирателями-коллекционерами! – Он шагнул к массивным дверям. – Но кто они такие? Откуда пожаловали?

Из всех присутствующих только один человек оставался равнодушным к древним экспонатам. Это был Оксли. Бедняга-профессор по-прежнему стоял у входа в помещение, едва живой от страха.

– Окс, старина, в чем дело? – обратился к нему Матт.

Оксли словно вышел из летаргического сна. Оглядев комнату и достав из рюкзака хрустальный череп, поднял его над головой и торжественно двинулся к железным дверям. С каждым шагом череп разгорался все ярче и ярче. Начало происходить нечто странное: слетаясь отовсюду, к черепу стала липнуть красноватая пыль.

– Это частички железной руды, – сказал Джонс.

Оксли продолжал шествие к дверям.