Инь-ян 4

"

"Во-вторых, а что они могут ему рассказать? Только — был такой корабль, или не было корабля. А это все ему и чужаки расскажут — их в порту было пять штук — четыре пузатых купеческих судна, и вот этот, довольно-таки большой корабль с тремя мачтами и довольно-таки стройными обводами корпуса. Скоростной, если судить по оснастке.

Рожи у членов экипажа были еще те — клеймо ставить негде. Сергей оставил это судно ""на закуску"", кто-кто, а уж эти пиратские морды должны были что-то услышать о капитане Ульдире. Сергей уже догадывался, куда тот мог деться, и мысли по этому поводу у него были очень нехорошие.

Под ногами загрохотал раскачивающийся пассажирский трап — фактически доска, на которую набиты поперечины. Сергей легко пробежал по трапу, спрыгнул на палубу, огляделся. Он не очень-то разбирался в кораблях, его знания ограничивались эпичной поездкой на ""Черном цветке"", все, что мог сказать — это судно мало чем отличалась от корабля Ульдира. Крепкие борта, способные выдержат удар камнемета, песок для тушения зажигательных снарядов, команда — несколько десятков человек крепких мужчин, на поясе каждого нож или длинный тесак. Скорее всего, в недрах корабля хранится оружие и посерьезнее. Типичный купец-пират, каким его представлял Сергей.

Мужчина, который позвал Сергея, был чуть ниже его ростом, но гораздо шире в плечах. Просто-таки культурист, не иначе! Жилетка открывала могучие руки с бугрящимися на них мышцами, кулаки — как дыни, толстая шея поддерживала лысую голову, прикрытую цветастым платком. На поясе — здоровенный тесак, практически меч — под стать своему хозяину широкий, крепкий, способный одним ударом рассечь канат, или отсечь голову супостату.

Каюта, в которую привели Сергея, была большой, побольше, чем капитанская каюта Ульдира. Настоящая кают-компания, в которой можно сидеть сразу нескольким десяткам человек.

В каюте никого не было, кроме молодого парня, на шее которого поблескивал рабский ошейник, замаскированный высоким воротником рубахи. Завидев сергеева провожатого, он склонил голову в поклоне, а когда тот отдал приказание, тут же помчался исполнять, не мешкая ни секунды.

Через пять минут на столе перед Сергеем стояло блюдо с солеными решками, маленькие копченые рыбки в корзинке, очень напоминающие мойву, вино в высоком кувшине, кружки, в общем — все, что нужно человеку для поддержания живой беседы.

Пока ждали стюарда, моряк молчал, и глядя в окно постукивал по столешнице толстыми, сосискообразными пальцами. Потом налил из кувшина Сергею, плеснул себе, отхлебнул (Сергею почему-то показалось, что хлебнул демонстративно, мол — не отравлено!), и тут же бросил в рот пару орешков, хрустя ими, как кролик капустой.