Импринт

Он выпрямляется, его пустые темные глаза разрывают меня на части, как и пугающий голос:

– Ты будешь слушаться меня, Катерина? Ты будешь отвечать мне?

Вытащив ремень, он нежно перекидывает мои волосы за спину и начинает застегивать его на моей шее. Мои глаза расширяются от ужаса. Чувствуя небольшое давление, я пытаюсь сорвать с себя самодельный ошейник, но его мрачный тон заставлять меня замереть:

– Тебе лучше не делать этого.

– Не смей мне приказывать. И тем более угрожать.

– Но тебе это нравится, Катерина. Тебе нравится подчинение. Просто прими это в себе и облегчи нам жизнь. А теперь сними с себя джинсы.

– Не разговаривай со мной… так, – моя грудь высоко вздымается и опадает.

Хотелось бы мне сказать, что я испытываю отвращение из-за его звериной и безумной натуры. Но это неправда.

Вместо этого я испытываю возбуждение такой силы, что мое белье намокает.

– Почему ты не можешь вести себя… нормально? – шепчу я, замирая. Его лицо приближается к моему, в то время как руки заключают в ловушку.

– Потому что я ненормальный, Катерина, – он проводит носом по моей шее, с шумом делая вдох. – Потому что мой хаос требует тебя так, как не требовал никого. Я хочу тебя. Полностью.

Потому что я ненормальный. Почему это сказано с такой апатией? Разве люди говорят подобное с такой легкостью?"

"– Мы можем хотя бы сходить на свидание? – я неуверенно кладу ладони на его плечи и заглядываю в антрацитовые глаза, чувствуя, как воздух покидает мои легкие. Я хочу запечатлеть их в рисунке. Снова. – Пожалуйста?

– Свидание. Это все?

Я ошеломлена его спокойной реакцией.

– Нет. Ты не будешь трогать никого, кроме меня, – не вопрос, а требование.

Ну вот. Я сказала это. Наконец-то мерзкие мысли, что он может преследовать кого-то еще, выталкиваются наружу. В конце концов, как я могу быть уверена в том, что я единственная?

Но я хочу быть единственной. Психопата и сталкера.

Он приподнимает мой подбородок согнутым указательным пальцем.

– Не буду, – отвечает он спокойно. – И вот в чем проблема, Катерина. Я думаю только о тебе, – его горячий шепот целует ухо. – Мой член встает только на мысль о тебе. Потому что ты моя, котенок. И если ты, блядь, прикоснешься к кому-то помимо меня, я убью его.

Еще один ласковый поцелуй в щеку.

– Мы договорились?

Я киваю, стараясь сгладить в сознании последнее произнесенное предложение.

– Но я должен получить что-то взамен, ты так не считаешь? – его пальцы начинают медленно расстегивать мои джинсы.

– Что это значит? – шепчу я, не в силах остановить его.

Он приподнимает меня, чтобы стянуть штаны до голени, а затем принимается расшнуровывать мои кеды.

– У тебя есть два варианта на выбор. Сегодня я либо трахну тебя, либо вылижу твою киску.