Импринт

Papa-paparazzi»

Lady Gaga – PaparazziКингстон, Шотландия.

Призрак.

Семь лет назад.

В субботу после общего собрания, на котором директор школы поздравлял нас с успешным началом осеннего семестра, мы с Элеонор отправляемся в комнату Эммы. Мы познакомились именно в общежитии. Всего корпусов девять, и мы направляемся в самый дальний из них. Увы, в Кингстоне действовало нерушимое правило: каждый год ученики должны переезжать в новую комнату. Таким образом студенты знакомятся друг с другом и развивают свой языковой и культурный кругозор.

И если раньше я делила пространство с Элеонор, то сейчас мне повезло жить одной. Хотя за текущую неделю я то и дело намеревалась полить отсутствующие растения, скучая по нашим с Эль вечерним разговорам.

– Ну и неделя, – стонет Эль, падая на кровать Эммы. – У меня голова пухнет от латыни. И почему, спрашивается, мы обязаны учить ее, если она нигде не используется?

Я прикусываю язык, чуть не начав читать ей лекцию о медицине, ботанике и зоологии.

– Кэт, помой руки, – неожиданно говорит мне Эм, кидая в меня помаду. – Ты и в этом году взяла уроки изобразительного?

– Ага. Это масляная краска, – я вздыхаю, рассматривая свои грязные пальцы. Чем чаще я рисую, тем бесполезнее становятся растворители. – Водой не отмоется. И я не хочу краситься, мы же идем в море.

Эмма выгибает бровь.

– И что?

– Это Северное море, Эмма. Холод, ветер, слезы, волосы, которые будут прилипать к блеску на губах, понимаешь?

– Логично, – Эм поджимает губы. – А тушь я могу оставить?

Я задумываюсь.

– Ну, только если водостойкую.

Удобное расположение школы позволяет ученикам заниматься яхтингом. Боже, я с содроганием вспоминаю тот день, когда Эмма заставила меня накрасить ресницы и я весь урок страдала от пощипывания в глазах.

– Девочки, мы должны выходить через полчаса, поторапливайтесь, – напоминает нам Элеонор, утыкаясь носом в телефон.

– Я уже готова.

Эль прощается с соцсетями, Эмма прекращает накручивать свои рыжие волосы, а потом они обе смотрят на меня как на ненормальную.

– Что?

– Ты шутишь? – выдыхает Эмма. – Я надеялась, что ты хотя бы переоденешься.

– И распустишь волосы, – продолжает Эль, спрыгивая с кровати.

Каштановые волосы Эль уложены идеальной волной, а тело обтягивает джинсовый сарафан, надетый на черную водолазку. Эмма же решила сделать кудрявый пучок и выбрала в качестве наряда на вечер юбку, черные капроновые колготки и футболку с надписью «Мне на все плевать»."

"– Северное море, ветер, – намекаю я, но девочки продолжают прожигать меня нетерпеливым взглядом. Я вздыхаю. – Хорошо. И что мы можем сделать с этим?

Они заговорщицки смотрят друг на друга и со скоростью пантеры заставляют меня сесть на стул перед зеркалом, чтобы встать за моей спиной.