Имперский вор. Том 2

Ну что ж… Всё когда-нибудь случается впервые.

– Чем именно ты мне хочешь помочь? – спрашиваю я под скрежет жвалами.

Одновременно выясняю у химеринга, знает ли он что-то про эту девчонку. Всё-таки это его мир. Но наглый кошак не отвечает на мой мысленный запрос. И, подозреваю, потому что занят весьма приятным делом: с любопытством обнюхивает нашу «гостью», почти тычась в неё носом.

Девчонка морщится, но явно остерегается отталкивать пыхтящую морду с задранными брылями, из-под которых торчат клыки.

– Ты не знаешь, как отсюда выбраться, – внезапно говорит она. – Но если ты найдёшь моё тело, я покажу тебе, как вернуться в твой мир.

А вот это уже интересно. Если она действительно может открыть для меня разлом, есть смысл поторговаться. Но для начала…

– Скажи, кто ты такая.

Девушка молчит, прикрывая грудь руками. Еще и обиженная такая. Будто не она меня только что пыталась прибить огромным пауком.

– Это неважно! – говорит наконец.

– Имя у тебя хоть есть?

– Не скажу.

Тут я внезапно получаю от химеринга мыслеобраз с котом, смакующим эфир из тела какой-то живности. Не сразу понимаю, что он хочет сказать, а поняв, хмыкаю:

– Нет, мы не будем называть её вкусняшкой.

Обиженное пыхтение и следующий образ, уже неприличный.

– Нет, и самкой химеринга мы её тоже не назовём. Пушистый извращенец.

Паучиха подо мной опять пытается шипеть и сучит лапами. Так и придушить её недолго. Принимаю решение и спрыгиваю с её спины. Следом в руку возвращаются послушные боло и обматываются вокруг предплечья.

Освобождённая от удавки паучиха сворачивается в клубок и притворяется дохлой.

А я продолжаю разглядывать обнажённую незнакомку. Мелькает мысль отдать ей свой курсантский китель – хотя он изрядно изорван, но стратегические места девице прикроет. Она сильно ниже меня ростом.

Вот только это существо – ни разу не девица. Она, по ходу, много опаснее всех здешних тварей. Так что включать рыцаря не стоит.

Раз уж она не назвала своё имя, то буду звать её Зефиркой. И потому что кожа белая, как зефир, и потому что девица эфирная. Плюс кошаку удовольствие – прав он был насчёт вкусняшек. Но это имя так… для внутреннего пользования. Ну и… не Монстрихой же звать такую красу.

– Раз ты ничего не хочешь говорить, то и договариваться нам не о чем. Давай так: ты показываешь, как отсюда выбраться, и если я вернусь в свой мир, то там подумаю о твоей просьбе.

– Моё тело здесь, а не в твоём мире.

– Это неважно, – ухмыляюсь в ответ. – Прийти сюда снова я смогу.

– А если ты меня обманешь?

– А у тебя есть выбор? – Демонстративно оглядываюсь по сторонам. – Что-то я тут других желающих тебе помочь не вижу.

– Тогда оставь мне что-нибудь в залог.

Наглость – второе счастье.