Имперский вор. Том 2

Поэтому я скидываю матрас на пол, прежде чем сесть на бетонную скамью. Уверен – сюда должен явиться создатель портала. Потому что эксклюзивные артефакты всегда связаны со своими создателями.

Работа артефактора похожа на работу кинолога. Когда инструктор работает с чужим животным, он натаскивает его так, чтобы оно подчинялось не ему, а будущему хозяину. То же самое происходит с предметом, с которым работает артефактор. Это привязка, и чтобы убрать её – существуют специальные плетения. Если же не убирать, то артефактор будет чувствовать каждый сработанный им артефакт. Что, согласитесь, далеко не всегда нужно тому, кто его приобрёл.

Но в данном случае я уверен, что портал привязан к своему создателю. Как раз чтобы почувствовать его действие – и явиться посмотреть на своего пленника.

Хмыкаю. Здесь артефактов-глушилок эфира нет – частицы светлого эфира пронизывают пространство. Но мне-то от них ни холодно ни жарко. Зато у меня есть тьма, показывать которую в полиции было всё же ни к чему.

* * *У Колдуна хватает терпения не заглядывать ко мне весь остаток ночи. Видимо, решил подольше помариновать меня в камере. Теоретически попавший в такую ситуацию пацан должен испугаться и сразу отдать… чего там Колдуну хочется, кроме мести? Родовой источник эфира, все семейные сокровища, жизнь и последние носки.

Вот только я ни разу не восемнадцатилетний пацан. Сюрприз-сюрприз!

Потому время трачу с пользой: пробую медитацией хотя бы частично снять последствия артефакта-глушилки из полицейского отделения.

Заодно понимаю, что на деле всё не так радужно.

Когда я очнулся в теле князя Никиты Каменского, парень был очень слаб. Какое-то время я думал, что причина в химеринге, периодически приходившем высасывать его тёмный эфир. Потом я стал сильнее. Мои собственные техники и знания помогли унять хаос в полупустом источнике Никиты и расширить систему каналов. А тьма, добавленная к эфиру, усилила заклинания.

Потом я попал в разлом – а в мире разлома просто море тёмного эфира. Источник впитывал его как губка, делая меня намного сильнее. И вышел я оттуда уже не прежним слабым Никитой.

Но. Как оказалось сейчас, есть большое «но»."

"В этом мире тёмного эфира слишком мало. Одарённый со светлым источником может, пусть и не сразу, восполнить потери медитациями и впитыванием разлитого в пространстве эфира. Но мне светлый эфир вообще недоступен. Значит, моё восстановление займёт намного больше времени. Ну или надо прямо сейчас нырнуть в разлом.

В моём источнике практически пусто. И пока у меня есть только то, что подвешено на чистую тьму: удавка и когти.

Однако и этого немало, учитывая то, что после полицейского изолятора временного содержания любой одарённый должен быть слабее мыши.