Имперский вор. Том 2

И я точно знаю, чем займусь: попробую создать из парней своей группы слаженную команду. Можно было бы подтянуть и остальных, но пока не хочу. Знание надо заслужить.

За последний месяц в моей жизни было много перемен. Но есть и то, что не меняется. Майор Зверевич, например. Лекс говорил, что после случая с Максом Горчаковым его отец добивался, чтобы нашего майора как минимум понизили в звании, а как максимум – сослали куда-нибудь на Курилы, гонять рыболовные траулеры япошек.

Кто заступился – неизвестно, но в результате Зверевич не только остался при майорских погонах. Он и куратором первокурсников остался. Нашим, то есть. Жаль, япошки не знают, как им повезло.

Так что с момента возвращения в лагерь меня не покидает ощущение дежавю. Будто и не было разлома, тренировок в башне, встречи с местной нечистью…

Но меня очень беспокоит сумка Шанка. А главное – что Шанк выглядит довольно спокойным. Жаль, что присматривать за ним мой кошак больше не может. Приходится всё время быть начеку.

* * *На третий день после ужина к Палею приезжает симпатичная девчонка, и все парни толпятся у штабного здания в ожидании конфет. Но даже конфеты не способны хотя бы временно примирить Токсина и Юсупова. Потому что в лагере они продолжают грызться так, словно нам вместе предстоит не учиться, а как минимум выйти на гладиаторские бои до смерти. Понятно, что к Юсупову присоединяется Данилов, а к Токсину – Ильин. Вдобавок Юсупов бычит на Палея, который Токсина больше не задирает…

…Помнится, однажды бог торговли Дориан устроил гладиаторские бои. И всё бы ничего, бои на арене разрешены. Вот только награду бог выбрал соответствующую своему божественному статусу: зачаровывал карман победителя так, чтобы в нём никогда не заканчивались деньги.

К тому моменту, как об этой шалости узнали королевские казначеи, таких победителей по миру бегало уже человек пять. И поверьте: пять человек с неограниченным кредитом вполне способны подорвать экономику нескольких королевств!

С их поимкой справились и простые сыскари – счастливые победители особо и не таились, – а вот инквизиции досталось бремя нахлобучить бога за это деяние. Дориан, понятно, обиделся – он же хорошее дело сделал! Народ осчастливил! И обиделся так, что ещё пару лет мы вместо денег обнаруживали в своих кошелях леденцы. Сосите, мол! Это был единственный случай на моей памяти, когда инквизиция отсылала к божку ходоков с просьбой извинить и примириться…

В общем, смотрю я на грызущихся парней, вспоминаю эту историю – и понимаю, что сладостей больше не хочется. Решаю вместо трепотни быстро заглянуть в душ, а потом вернуться в учебку, в класс для медитаций.