Имперский союз

Правда, это будет возможно сделать лишь после того, как Виктор сумеет с помощью князя Одоевского утрясти вопрос с владельцем этой земли. Что делать – таково священное право частной собственности. Тамошний помещик, конечно, не олигарх какой-нибудь из Куршавеля, но это не делает его менее чванливым и пакостным.

Алексей Кузнецов тоже не терял времени зря. Он тщательно изучил истории болезни как самого императора Николая Павловича, так и его семьи. Например, ему стало известно, что у любимой дочери царя Александры Николаевны, или как ее ласково называли домашние – Адини, в 1844 году обнаружат туберкулез, от которого она умрет в возрасте девятнадцати лет. Смерть ее настолько потрясет Николая, что он будет рыдать, как ребенок.

Если вовремя вмешаться, то ее можно вылечить без особого труда. Тамошние «палочки Коха» еще не знакомы с антибиотиками, да и есть возможность остановить процесс в легких в самом его начале.

Туберкулез, который в XXI время называют «болезнью бедных», в веке XIX находил свои жертвы с равным успехом как в хижинах простолюдинов, так и во дворцах венценосных особ. Алексей прикидывал, как бы протащить в прошлое флюорографический аппарат, или, что более сложно, провести диспансеризацию всего семейства Романовых в одной из питерских поликлиник.

Алексей на минутку представил себе удивительное зрелище: вереницу великих князей и княжон, первых – в мундирах с эполетами, вторых – затянутых в корсеты и в платьях с фижмами, среди старушек с номерками и дамочек бальзаковского возраста, и даже прыснул от смеха. Нет, идея с флюорографическим аппаратом все же менее фантастична. Хотя…

Шумилин же с головой ушел в архивы, изучая хитросплетения политики того времени и, так сказать, действующих лиц и исполнителей. Его очень заинтересовала личность российского «штирлица» XIX века, графа Ивана Иосифовича де Витта. Тот был к тому же одним из «посвященных в Великую тайну»…

К сожалению, через пару недель умрет от рака горла в своем имении в Крыму. Но осталась его агентура, которая блестяще работала в Европе и Азии.

Разузнал Александр многое и о главе III отделения собственной Е.И.В. канцелярии графе Александре Христофоровиче Бенкендорфе. Лихой рубака, герой войны 1812 года, «альтер эго» государя, он возглавлял тогдашнее ЧК, но лютостью не отличался. На 1840 год количество служащих в III отделении было всего двадцать восемь человек, считая секретарей и письмоводителей. И это на всю огромную Россию!

А вот ставшего год назад фактическим главой и III отделения, и Корпуса жандармов генерал-майора Леонтия Васильевича Дубельта опасаться следовало. Человеком тот был умным, проницательным, но жестоким и расчетливым. Политический сыск Дубельт поставил на должную высоту, да и сил у него больше.