Империя Страсти (ЛП)

Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасностей и игры. Именно поэтому ему нужна женщина — как самая опасная игрушка.

Слова Ницше проскальзывают в мое сознание, переводя все, что я чувствую в этой ситуации. Я не хочу быть игрушкой.

Даже игрушкой для Кингсли.

Знаете что? Я не собираюсь держать это в себе.

Садясь, я фыркаю и печатаю.

Аспен: Помнишь ту ночь двадцать один год назад?

Его ответ незамедлителен.

Кингсли: Конечно. Это была ночь, когда была зачата Гвен.

Аспен: Кроме этого, что она значила для тебя?

Кингсли: Это была первая встреча с тобой."

"Аспен: Нет, это была первая встреча со старой версией меня. Ушибленная, травмированная, но все еще пытающаяся быть сильной версией. Версией, которая все еще жаждала быть принятой в глубине своего наивного сердца. Она была той Аспен, которая лгала о своем возрасте, напивалась для храбрости и хотела тебя всеми своими гормонами маленькой девочки. Но ее сломили родственники, ранняя подростковая беременность и мертворожденный ребенок, когда ей едва исполнилось пятнадцать.

Кингсли: Ты обвиняешь меня в том, что меня не было рядом?

Аспен: Нет, я виню себя за то, что хотела, чтобы ты был рядом. За то, что искала тебя и жаждала твоего общества, когда ты был всего лишь незнакомцем. Я думала, что, если бы у меня был ты, я могла бы защитить своего ребенка и иметь более здоровую беременность. Я впала в комплекс Золушки, за который часто укоряла Кэлли, и это было очень жалко. Потеря ребенка стала для меня пощечиной и сигналом к пробуждению, в котором я так нуждалась. Я сожгла все, что у меня было о тебе, о прежней Аспен с ее наивными чувствами и маленькими мечтами. Значит, настоящая Аспен это женщина, которую ты встретил семь лет назад в суде, пытаясь разорвать тебя и твоего клиента. Это единственная Аспен, которая существует, Кингсли. Я отказываюсь возвращаться к старой, жалкой Аспен.

Кингсли: Я приеду.

Аспен: Нет, не надо.

Кингсли: Это не тот разговор, который мы должны вести по смс.

Аспен: Это именно то, чего я хочу, так что если тебе есть что сказать, делай это через сообщения.

Не думаю, что смогу контролировать себя, быть достаточно сильной и напористой, чтобы оттолкнуть его, если он будет здесь лично.

Он так сильно раздражает меня, что невозможно думать здраво, пока я с ним.

Кингсли: Во-первых, прежняя Аспен не была жалкой. Она была немного наивной, да, молодой и потерянной, тоже да. Но она также была храброй выжившей, так что я запрещаю тебе говорить о ней гадости. Во-вторых, настоящей Аспен не существует. Женщина, которую я встретил семь лет назад, была умна и горяча, как дьявол, но она тоже была пуста. Она не та женщина, которая сводит меня с ума одним своим существованием.

Покалывание зарождается в моей груди и распространяется по всему телу, и я ненавижу это.