Империя страха

Оленя застрелили, Архар объявил барабасовским войну. Но тебе этого было мало. Ты, как Наполеон, должен был идти до конца. Или все, или ничего, правильно?

Потапов увидел, как загорелись глаза у Гангута, именно этого он и добивался. Лесть – грозное оружие против людей с низкой самооценкой, а сейчас как раз был тот самый случай."

"– Ты смог похитить Остапа, ты узнал, что барабасовские проводят сходку, ты приготовил бомбу. Взорвать архаровца в гуще своих врагов – это уже само по себе победа. Уцелевшие враги отправились бы воевать с Архаром, перегрызли бы ему глотку, но и сами погибли бы в неравном бою. Ты – гений, Гангут, ты просто гений. Я поражен твоим талантом.

– Да ладно, чего уж там, – очнулся наконец от спячки Гангут.

– Нет, я серьезно. Барабас в грош тебя не ставил, Архар тоже с тобой не считался, а ты показал всем, какой ты крутой. И как показал! Один только номер с мотоциклом чего стоил! Лихо, как на белом коне, с гусарским наскоком – тра-та-та, и враг в смятении! Ты стрелял или кто?

– Ну я, – с ложной скромностью потупился Гангут.

– Что там у тебя, «узи» было?

– Ага.

– Где взял?

– Да так, по случаю…

– И много у тебя таких стволов?

– Да есть еще.

– Покажешь?

– А зачем?

Гангут заподозрил неладное, но торжество самодовольства оказалось сильней инстинкта самосохранения.

– Дело такое, что ты человека убил. На мосту. Одного убил, другого ранил. Но ничего, если сдашь свой арсенал, тебе это зачтется. Мы с тебя и Остапа спишем, и адскую машинку. Ведь она же не взорвалась, правда?

– Нет, – просиял парень.

– Вот и я о том же. Если бы взорвалась, тогда тебе крышка, а так, считай, пронесло. В чистосердечном признании напишешь, что не собирался никого убивать, стрелял выше голов, но мотоцикл тряхнуло на ухабе, рука дрогнула… За непреднамеренное убийство дают меньше, чем за умышленное. Ну, ты в курсе, – лил воду на мельницу его тщеславия Михаил.

– Да знаю, – кивнул Гангут.

– «Узи» свой куда дел? – как бы невзначай спросил Потапов.

– Да в Тихонькую сбросил. Отстрелялся и сразу выбросил.

– Ну, молодца! Не часто в наше время с профи можно вот так запросто поговорить. Куда ни плюнь, везде дилетанты. Мне, можно сказать, с тобой повезло. Приятно с тобой работать, парень… Значит, так, вот тебе бумага, ручка. Напишешь подробно, как на мосту стрелял, кто мотоцикл вел, как и с кем Остапа похищал, как взрывное устройство собирался применить. Да, знал бы Череп, что ты такой гений, не стал бы тебя на хозяйстве оставлять. С такой головой, как у тебя, весь город можно под себя было взять… Ну да ладно, лет через семь-восемь выйдешь, снова сможешь попытать счастья. Ну все, не буду тебе мешать!

Михаил замолчал, глядя, как бандит в глубоком раздумье морщит свой неандертальский лоб.