Империя смотрящего

Не замечая их взглядов, Захар вышел на тротуар и, смешавшись с прибывающими зеваками, направился по улице.

Где-то между лопатками он невыносимо остро ощутил несколько любопытствующих взглядов. Он даже пошевелил плечами, пытаясь сбросить их, но ничего не получилось; будто буравчики, они продолжали сверлить его.

Но никто не бежал за ним следом, не пытался остановить, схватить его. Обогнув здание, Маркелов осмотрелся и вошел в ближайший подъезд. Тщательно вытер руки платком и сунул его за батарею. Вытащив пистолет, он положил его в карман брюк. Снял пиджак и запихнул его за батарею. Весьма приличный подарок бездомным бродягам!

Когда он вышел из подъезда, от прежнего Маркелова не осталось и следа. Изменилась даже его походка, сделавшись вальяжной и неторопливой. Теперь он напоминал обыкновенного зеваку, что надумал оторвать задницу от дивана, чтобы поглазеть на случившееся.

Народу на тротуаре прибывало. Теперь на него никто не обращал внимания. А автомобильная пробка уже вытянулась до следующего квартала. Никто не проявлял нетерпения. Автомобилисты, сбавив скорость, протискивались между остановившимися машинами, бросая беглые взгляды на распластанное тело. Вряд ли его уберут раньше появления милиции.

Маркелов несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь придать своему боевому состоянию дополнительный импульс. Интуиция молчала. Окружающее пространство было безмолвно и не сигнализировало ему о возможной опасности, а собственным ощущениям Маркелов привык доверять.

Уже не озираясь по сторонам, он направился к одиноко стоящему «Мерседесу». Открыл дверь и сел в машину. Запустил двигатель. А теперь ходу! Стараясь не зацепить крылом ехавшие впритирку машины, он через минуту затерялся в интенсивном потоке машин.

Глава 29 НАЧАЛЬНИК КОНТРРАЗВЕДКИ

— Борис Алексеевич, вы так и не сказали, кто вам звонил перед тем, как по офису начали стрелять, — сухо сказал Маркелов.

Беляев отмахнулся:

— Ты не бери это в голову… Может, я наговорил чего-то лишнего, но этот звонок тут ни при чем.

— Покровскому тоже звонили перед самым выстрелом.

— Узнали — кто? — настороженно спросил Беляев.

— На телефоне была установлена защита. Звонок не определился.

— Ну, вот видишь! — радостно воскликнул генеральный. — А мой-то определен!

— И все-таки!

— А ты настойчив. Может, в твоей работе это и положительное качество, но меня оно раздражает… Ладно, скажу. Женщина звонила. Тебя это устраивает? Только чтобы никому! Должна же быть у мужика отдушина!

— И как ее звали?

— Катя."

"Маркелов вытащил фотографию и положил ее перед Беляевым:

— Уж не она ли?

Беляев взял фотографию и удивленно воскликнул:

— Ну ты даешь! От тебя ничего не скроешь! Она самая! А я-то думал, что никто не знает.