Империя

Выйти на пенсию по возрасту она пока не могла, но стажа «на северах» уже хватало для льготной, хотя пенсия эта была существенно меньше, чем Дарья получила бы по возрасту. Однако у нее были кое-какие сбережения, достаточные, чтобы лет десять беззаботно прожигать жизнь, путешествуя по миру и грея косточки на пусть не самых фешенебельных, но достаточно дорогих и комфортабельных курортах. А куда ей было тратиться? С семьей так и не сложилось, детей не было, все время отнимала работа, работа, работа… К тому же на нынешнем месте ей уже слегка поднадоело. Да, она достигла немалого, занимает высокий руководящий пост, у нее очень широкие полномочия… Есть ли еще что-то, что могло бы ее привлечь? Вряд ли.

Звонок раздался в полночь. То есть в Москве еще был белый день, но у них «на северах» люди уже по большей части отошли ко сну. Так что когда ее личный мобильник, номер которого, в отличие от служебного, был известен крайне ограниченному кругу лиц, тихонько запил икал, она с трудом оторвала голову от подушки.

С возрастом она стала довольно тяжело выныривать из сна, ну да у кого с годами жизнь становится легче…

Потерев лицо ладонью, она прижала мобильник к уху и севшим со сна голосом рявкнула:

— Слушаю!

Голосовая программа пару мгновений озадаченно анализировала получившийся отпечаток — уж больно голос, пришедший через микрофон, отличался от эталонной записи, — но все же неуверенно разрешила доступ. В ухе раздался мелодичный сигнал открытия связи, и Долинская облегченно вздохнула. Не хватало еще спросонья вспоминать цифровой пароль… Спустя мгновение в динамике раздался голос, который она никак не ожидала услышать.

— Дашуня?

— Да, Ваше Величество.

— Во-первых, поздравляю тебя с наступившим днем рождения.

Долинская оторопело бросила взгляд на табло, ну да, уже 0:03.

— Спасибо… я как-то совсем…

— Ничего, еще отпразднуешь, вокруг тебя столько галантных мужчин, не верю, что они позволят тебе забыть про этот праздник.

Долинская польщено улыбнулась:

— Ну, я уже в том возрасте, когда это уже не совсем праздник, или, даже, совсем не праздник.

— И все же, согласись, проводить его в одиночку, когда за неделю начинаешь гадать, вспомнит ли кто о нем или нет, не слишком приятно.

Долинская вздрогнула. Как точно он угадал! Именно такие мысли пока и удерживали ее от решения написать заявление.

— Дашуня, — Император перешел на деловой тон, — у меня есть для тебя работа.

Долинская усмехнулась:

— Что-то вроде этой?

— Нет, намного сложнее.

Дарья Александровна ответила не сразу. Но, когда она заговорила, ее голос был тверд и сухо деловит:

— Я слушаю вас, Ваше Величество.