Империя

Русские шли давно известным путем, которым уже прошло немало стран, например, Франция Наполеона, Германия Бисмарка или сама Россия при своем первом императоре Петре Великом, — глобальный рывок по нескольким стратегическим направлениям при довольно заметном отставании по большинству второстепенных. Ни одна страна мира не обладала и, вероятно, никогда не сможет обладать возможностями одномоментно модернизировать ВСЕ технологические процессы. Что-то всегда отодвигается на тот момент, когда первый рывок в каких-то стратегических областях будет завершен, и тогда высвободившиеся кадровые, финансовые и иные ресурсы можно будет направить на ликвидацию отставания там, где оно не является стратегическим. Кстати, большинство аналитиков до сих пор охватывала оторопь при мысли о том, по скольким направлениям русским удалось сделать рывок сразу.

За спиной тихо зашипел пневмозамок, Клайд обернулся. В кабинет величественно вплыл мистер Рейнард. Да-да, именно так, мистер Рейнард. Не Джо, не господин директор Центрального разведывательного управления США, а именно мистер Рейнард. Во всяком случае, для Клайда. Заметив Клайда, Рейнард поморщился, но из-за его спины уже слышался рокочущий голос шефа, поэтому Рейнард молча повернулся на каблуках и проследовал к бару. Спустя мгновение в кабинет вошел шеф, на ходу что-то продолжая объяснять Стрентону.

— А, Клайд, ты уже здесь, прекрасно!

Клайд внутренне изумился. Похоже, шеф был в хорошем настроении. И это после всего, что они здесь увидели! На него лично все это, наоборот, произвело гнетущее впечатление.

Они прибыли в Москву три дня назад. На очередной саммит „Большой восьмерки“. И это было крайне необычно. В смысле — место проведения саммита. После неоднократных громких фиаско политики вооруженной „защиты малых народов“, когда на карте Европы появилось несколько разложившихся и испражняющихся наркотиками и нелегалами самого криминального пошиба анклавов типа Косово, движение „антиглобалистов“ окрепло и расширилось настолько, что в парламентах нескольких наиболее „продвинутых“ стран даже появились фракции его представителей. Что, впрочем, совершенно не умерило пыл „экстремалов“. Более того, их ряды существенно выросли, поскольку наличие парламентариев придало движению антиглобалистов некую респектабельность, затянув в орбиту их деятельности еще более широкие массы молодежи. В свою очередь „экстремалы“ прекрасно вписывались в сложившуюся систему, обеспечивая „парламентариям“ крайне широкую рекламу, пусть по большей части и скандальную.