Империя ненависти

Я вздрагиваю, и не только потому, что его зубы вернулись к к этому чувствительному месту, кусая и посасывая, словно ему нужно что-то выгравировать на моей плоти.

Воспоминание.

Память.

Или деталь гораздо более гнусная."

"Мое тело прижимается к его телу, и я подбираю слова, чтобы сказать ему, что он никогда не был ниже меня.

Он был и всегда будет моей самой темной, самой запретной фантазией.

— Дэниел, я…

— Пожар!

Кто-то стучит в дверь, когда шум проникает снаружи.

Дэниел и я смотрим друг на друга, а затем он вытаскивает меня из ванной в комнату. Мы поспешно вытираемся, и Дэниел мгновенно приводит себя в порядок.

Затем он вздыхает, когда видит, как я вожусь с лямками платья.

— Дай сюда.

Он не ждет меня. Выхватывает платье из моих пальцев и надевает его на меня с ошеломляющей быстротой. На мне нет нижнего белья, и мои мокрые волосы капают на платье, но это не имеет значения, поскольку Дэниел берет меня за запястье и тащит к выходу.

В коридоре нас встречает суматоха. Люди бегут, другие кричат, а огнетушители используются самым дилетантским образом.

Я немного ошеломлена всем этим хаосом, запахом дыма и криками.

Дэниел, однако, кажется более сосредоточенным, чем я. Он движется вперед, оттесняя всех со своего пути, а меня крепко держит за спиной, его теплая рука плотно обхватывает мое запястье.

И вот так вся эта суматоха теряет смысл. Ужас от пожара теперь не существует.

Затем он достает телефон и подносит его к уху.

— Возьми трубку, Астрид. Давай.

Я прикусываю нижнюю губу, когда его брови сходятся вместе, когда она не отвечает.

Как только мы выходим на улицу, начинается хаос. Левое крыло полностью охвачено пламенем. Студенты снимают на видео, другие бегут, кричат или шумят без видимой причины.

— Николь!

— Что?

Я понимаю, что Дэниел обращается ко мне, когда он щелкает пальцами перед моим лицом.

— У тебя есть машина?

— Да.

— Ты можешь водить?

— Нет. Я чувствую себя немного пьяной.

— Черт. Просто жди здесь.

— Что… куда ты идешь?

— Мне нужно найти Астрид. Она не отвечает на звонки.

Я хватаюсь за его руку обеими руками, и впервые с тех пор, как я его знаю, я говорю:

— Нет, возвращайся со мной.

Неважно, что я уже попросила маму заехать за мной, я хочу, чтобы это сделал именно он.

Он нахмуривает брови, и когда он не делает ни шагу, я делаю то, чего я никогда не делала. Я умоляю:

— Пожалуйста.

Его глаза на секунду сталкиваются с моими, и я вижу, как рушатся его стены, но прежде чем я успеваю подглядеть, что за ними, он поднимает их обратно.

Дэниел убирает мою руку со своей.

— Я найду Астрид и скоро вернусь.

А потом он снова бежит через дом.

Я падаю на ступеньки, мое сердце колотится, в груди рана.

Кровь капает на бетон; никто ее не видит, но она прямо здесь. Темная.

Красная.

Смертельная.