Империя на марше

- Ну слушайте, раз интересно, - сказал я, отхлебнув глоточек и скривившись в душе, так-то на лице у меня покер-фейс был.

И я во всех подробностях рассказал про случившееся вечером 4 июня вблизи Ульяновского моста. Про вещие сны упоминать не стал, ну его – просто дескать увидел, что теплоход не в тот пролёт ползёт. Но уж борьбу с рулевым во всех красках описал.

- Получается, что ты за правду пострадал? – спросил смотрящий, выслушав меня до конца.

- Выходит, что так, - подтвердил я, - там они какую-то экспертизу провели левую, кто и чего экспертировал, не знаю, но получилось, что ничего страшного не произошло бы, даже если бы мы под шестым пролётом проехали… хотя я ясно видел, что нижняя ферма этого пролёта снесла бы всю верхнюю палубу, а там человек двести в тот момент находилось.

- Лады, - подумав, решил Бур, - пацан ты вроде честный и косяков за тобой никаких не значится, но поскольку ты первый раз на зону залетел, определяем тебя в мужики – вон в том углу на втором этаже нары свободные, занимай.

Ну а дальше был переезд в вагонзаке по железке, двое суток везли до Унжлага этого, хотя тут всего километров 250 по карте, и определение меня в барак номер 12 ИТК номер 1. Вообще говоря Унжлаг этот в пору расцвета был необъятных размеров, в его состав входили четверть Горьковской области и почти половина Костромской, чтобы пересечь его на поезде от южной границы (Сухобезводное) до северной (Поеж), надо было ехать на поезде часов 9-10. Но сейчас вот что осталось, то осталось – пяток колоний в Варнавинском и Краснобаковском районах, посреди клюквенных болот и торфяников. Занимались тут в основном деревозаготовками, да, лесоповалом, а еще немного торфа добывали, вывозя его допотопными паровозиками по узкоколейкам, ну и еще был на территории лагеря деревообрабатывающий цех, туда хотели попасть все заключённые, потому что в тепле всю дорогу и никуда не гоняют под прицелом калашей.

Шмон и оформление всех бумаг при входе были очень серьёзные, да и не один же я приехал, так что весь световой день это заняло и даже залезло немного в сумерки. В 12-й барак меня определили уже после ужина, его сухим пайком мне выдали, здесь у меня дополнительные приключения случились при вписке. Хотя у меня уже и была какая-никакая тюремная история и репутация правильного пацана, это никакой роли тут не сыграло… то ли не дошла информация, то ли здешним отморозкам всё по барабану было. Короче на меня прямо с порога начали наезжать, причём с нехорошими намёками на сексуальную ориентацию, сразу двое с обоих боков подошли.