Империя Инфернум. Крокус

– Тварь! Я простил ее за все! Позволил править империей! Пощады больше не будет! Я заключу ее в темницу вместе с Милтом и буду пытать до потери сознания!

Обида и боль смешались воедино, пробуждая внутри тот самый безудержный гнев, который толкнул меня на завоевание престола. Я искренне жалел о том, что не четвертовал ее в тот день, но и теперь не собирался так поступать. Пусть до конца своей никчемной разгульной жизни гниет в подземелье моей империи и терпит изощренные пытки.

– Никогда не разделял твоего рвения наказать Айдис, но она переходит все границы. Не удивлюсь, если она причастна к исчезновению Келеара и Нирель. Вспомни, как они ругались? Айдис бы не потерпела женщину, которая лезет в дела империи и имеет над тобой большую власть, чем она.

– Если это так, то я выбью из нее правду. Поехали.

Тулек кивнул и начал собираться в путь. Я же терпеливо ждал, когда он оседлает бурта и только потом тронулся с места."

"У подхода к Маскулайну лес окунулся в сумрак. Рано для того, чтобы зажигать факелы. Лучше сейчас не привлекать внимание диких зверей. Я ехал и прислушивался к любому постороннему шуму. Казалось, что где-то в кустах моя любимая сражается с диким зверьем за жизнь сына. Каждый раз, когда мне мерещились ее жалобные крики, я останавливался и прислушивался. Убедившись в том, что это лишь игра воображения, я с горечью продолжал путь.

Тулек чувствовал меня и понимал, как никто. Он тихо выжидал, хватаясь за рукоять меча, и не говорил ни слова. А вот уже на крохотном отрезке дороги перед воротами города, он поравнялся со мной и указал пальцем на фигуру в капюшоне. Я узнал мать по запаху, подъехал и без приветствий заговорил:

– Что ты здесь делаешь?

– Я себе места не находила. Все ждала. Как съездил?

Она обвела нас взглядом и печально вздохнула, убеждаясь в том, что мы вернулись ни с чем. Я ничего не ответил, указал на ворота и протянул ей руку, чтобы помочь залезть на бурта. Мать прильнула к моей спине, хватаясь руками за пояс, и я ощутил легкую боль под лопаткой, которая резко стихла. Сначала не придал этому значения, но уже на подступе к замку почувствовал себя странно. Тело переставало меня слушаться. Я не мог напрячь мышцы, а глаза закрывались, будто я не спал неделю.

Покачиваясь, я шел по коридору, а мать держала меня под руку. Тулек свернул в покои Раилды, а Айдис повела меня в свои. Я хотел сказать другу, чтобы он не уходил далеко, но язык не поворачивался. Я не мог совладать с собой и лишь ноги вели меня вперед.

Оказавшись в комнате, я уселся на кровать и уронил пунцовую голову в ладони.

– Как жаль, мой милый, что ты не нашел свою Нирель, но я избавлю тебя от страданий, – эхом звучали в голове слова матери. Я попробовал подняться с постели, но сильный удар вернул меня на место.