Империя Греха

Я ощущаю ее глубоко в своем сердце и не могу перестать думать о ней.

— Я перестал.

— Нет, не перестал. Ты просто делаешь вид, что не думаешь о ней, и я знаю, что это механизм преодоления, но я хочу, чтобы ты знал, что все в порядке, если ты устал держать маску на месте. Это нормально, если ты хочешь сбросить ее и просто быть собой. Я не стану смотреть в другую сторону. Я обещаю.

Моя рука снова находит ее горло, и я наслаждаюсь тем, как она глотает воздух и издает легкий стон.

—Ты чертова помеха, ты знала об этом? Ты не должна копаться в самых темных уголках меня.

— Это все еще ты, и это все, что меня волнует.

Ну, блядь."

"Только я подумал, что эта девушка не может впечататься в мою кожу еще глубже, она идет вперед и роет себе еще более уютный уголок, откуда я никогда не смогу ее вытащить.

И я хочу встряхнуть ее за это.

— Тебе не должны нравиться эти части меня, не тогда, когда я сам их ненавижу.

— Ты не имеешь права говорить мне, что мне в тебе нравится.

— Уверена в этом, Анастасия? Потому что в моем шкафу полно чертовых скелетов, о существовании которых ты даже не подозреваешь. Я был в постели со своими демонами столько, сколько жил с тех пор, как я был невежественным гребаным ребенком, который еще не знал, что такое мир. С тех пор, как ко мне прикасались незнакомые мужчины, а я был слишком слаб, чтобы остановить их и спасти себя или свою сестру.

— Но ты спас себя и ее. — ее голос низкий, но решительный, будто она хочет донести до него какую-то мысль. — Ты убежал. Ты спас и себя, и свою сестру. Когда никто не стал твоим героем, ты стал им сам. Так что нет, Нокс, ты меня не отпугнешь. Эти скелеты? Я хочу их увидеть. А эти демоны? В конце концов, я их прогоню.

У меня болит челюсть от того, как сильно я ее сжимаю. Я хочу сказать ей «нет», что ей нельзя приближаться к моим демонам, иначе они проглотят ее целиком, но, судя по напористости, написанной на ее тонких чертах, я ни за что на свете не смогу ее переубедить.

И это выбивает меня из колеи. Тот факт, что она хочет меня, что не стесняется ни одной моей части.

Черт, она даже хочет меня видеть. Всего меня.

Не только красивый фасад или обаятельный характер, но и все мои поганые стороны, которые я десятилетиями скрывал под ковром.

Чертовы десятилетия.

И все же ей удается вытащить все наружу в мгновение ока.

— Кроме того, — продолжает она. — Те, кто выбирают, какие части тебя сохранить, а какие выбросить, должны гнить в самой темной яме ада. Потому что эти части? Они сделали тебя таким, какой ты есть. Они привели тебя в Джерси в тот день, когда я решила пойти против своего воспитания и сделать что-то одно для себя, а не для своей семьи или того, чего от меня ждут. Ты и есть эта вещь, Нокс. Та ночь могла быть связана с сексом, но после нее было гораздо больше.