Империя Русь

Победа будет за нами. И вообще, отчет по городовым ополчениям готов? Или они все еще телятся и никак не могут утрясти свои штаты?

Командир особого пехотного полка Семен Федорович Медведев невозмутимо смотрел в зрительную трубу на то, как к Константинополю стягиваются силы османов. И думал о том, как оборонять этот необъятный город.

Что было у него под рукой?

Пехотный полк нового, облегченного состава, да отдельная манипула гренадеров. Это из серьезных сил, на которые он мог положиться. Но их было очень немного на такую протяженную стену. Поэтому Семен решил держать их в оперативном тылу, чтобы в случае необходимости можно было направить на действительно опасный участок. Благо, что три воздухоплавательные команды поддерживали в воздухе постоянно как минимум один воздушный шар. Ну и система экстренного информирования с помощью цветных ракет вроде как наладилась.

Кроме того, имелась тысяча Басилевса, упакованная в латинский доспех. Вот, собственно, и все.

Сколько войск выставили османы?

Они медленно подтягивались к городу, и пока ничего определенного сказать было нельзя. Но общая численность явно уходила за двадцать тысяч с неопределенным потолком. Все-таки, если верить султану, шли захватывать Константинополь, а не просто пугать, вынуждая откупаться. Порезвиться на разграбление такого города много желающих сбежалось. Но главное – пушки. Османы ухитрились отлить восемь больших орудий, которые и должны были проломить стены укреплений. Да, напоминали они этакие бомбарды и были безумно неповоротливы. То есть даже близко не походили на «Василиски», но они имелись. И те укрепления, что окружали Константинополь, совершенно не предназначались для противодействия даже такой артиллерии.

А ведь еще были «Саламандры». Пусть всего восемь штук, но, при удачном размещении, они могли вполне уверенно запирать целые улицы своей тяжелой дальней картечью, которую на малых дистанциях не держали даже крепкие щиты.

Он посыпал себе голову пеплом своих жертв.

– Я думал, их будет больше… – несколько растерянно ответил Сигизмунд. – Мне доносили, что у Дмитрия идет набор людей в девять легионов. А сюда идет четыре. Четыре! По боям в Святой земле только пехотный полк должен был иметь неполные две тысячи пехотинцев. А тут… – Он махнул рукой и оглянулся на свое войско. Тридцать пять тысяч строевых выглядели очень внушительно на фоне русской армии.

– Предлагаю не ломаться, а бить наверняка, – рубанув рукой воздух, произнес Владислав.

– Не могу возразить, – развел руками с улыбкой Сигизмунд. – Если нам повезет, то убьем самого Императора. Тут и войне конец. Уверен, что его люди после его смерти передерутся между собой за власть.