Империя Русь

Наследник от всемерно уважаемого в тех краях Дмитрия у нее был. А власть эта ушлая девица укрепила за счет фаворитов, которых привечала титулами, постами и своей постелью, благо была красива и эффектна.

Вот так и вышло, что в конце 1381 года, после очень непродолжительной Гражданской войны, в Святой земле установилась власть Валентины I царицы Иерусалима, Кипра и Армении, державшей в своих лучших союзниках Венецию, а в сюзеренах Россию. И, как следствие, владетельные синьоры, земли которых прилегали к островной республике, не на шутку разволновались. Тут, конечно, был и сам герцог Милана – Бернабо Висконти, буквально оглушенный наглостью и строптивостью собственной дочери. Фланги ему подпирали герцоги Австрии и Штирии – братья Альбрехт и Леопольд из дома Габсбургов. А в качестве этакой вишенки на торте выступал дом Ольденбургов, владения которых в Шлезвиге Дмитрий пообещал в качестве приданого за свою дочь…

Вацлав задумчиво смотрел на вечернее небо и думал.

Недавно отгремевшая вторая Олимпиада в Москве прошла по более насыщенной и развернутой программе, чем первая. И участников собрала куда как больше, повысив популярность его тестя среди низших слоев европейской аристократии. И дальше все станет только усугубляться. А что это значит? Правильно. Идет вполне удачное вторжение и завоевание душ.

Крещение Святой земли, так лихо проведенное Императором, так и вообще вогнало в ступор высшую аристократию католического мира и его духовенство. Раз – и готово. А по католическим и исламским землям пошла волна напряженной рефлексии из-за этой выходки. Ведь нужно было удумать – снятие всех долгов и освобождение от любой личной зависимости. Заманчивая вещь. Очень заманчивая. Но что это? Вторжение. Опять вторжение в самое сердце латинского мира. Его тесть нагло и решительно подминает под себя и своих все, до чего может дотянуться.

Теперь еще и эта ситуация с Венецией и Данией. Дания понятно. Маргарита – осторожная женщина. Она будет смотреть и не станет принимать спонтанные решения, дабы не втянуть свои земли в войну. А вот Венеция буквально бурлит, вдохновленная успехами, и не только хочет, но и может отхватить солидные куски у своих соседей. Тех самых Висконти и Габсбургов. Что повлечет за собой полный провал Священной Римской Империи в Италии и уход ее с берегов Адриатики. Престол Вацлава, и без того не очень устойчивый, от таких перспектив шатался и натужно трещал, норовя обрушиться.

– Что дальше, брат? – спросил сидевший недалеко Сигизмунд, в окружении всех князей-избирателей и большей части высшей аристократии Священной Римской Империи.

– Ты хочешь, чтобы я начал подготовку к войне против своего тестя?

– И вы тоже этого хотите?

– Да, – хором ответили остальные.