"Новый Михаил-Империя Единства". Компиляцияя. Книги 1-17 (СИ)

 – Прикажите немедленно прекратить это безобразие! Это нетранспортабельные тяжелые раненые, их нельзя беспокоить! Здесь госпиталь, а ваши люди грязные и разносят заразу с улицы!

Слащев с отчаянием посмотрел на огромный зал, уставленный кроватями. Нечего было и думать быстро найти здесь спрятавшегося беглеца, а продолжение обыска может привести к взрыву возмущения не только в среде раненых (и черт бы с ним с их возмущением), но и в рядах самих финляндцев. Конечно, ему пока удавалось поддерживать относительную дисциплину, но надолго ли? Но и прекратить поиски совершенно невозможно – если Михаил ускользнет и встанет во главе войск, то, вероятнее всего, сами же финляндцы возьмут под арест того же Слащева и вместе с Крымовым выдадут царю в обмен на какие-нибудь обещания и гарантии.

Он решительно обернулся к продолжающей что-то говорить Галаниной и сказал:

– Хорошо, допустим. Вы хотите, чтобы мы прекратили? Укажите нам, где находится великий князь Михаил Александрович, и мы немедленно покинем госпитальные залы.

Нина Валериановна опешила от такого и замолчала. Великого князя? А как же присяга, которую они все приносили? И потом – выдать государя этим мерзавцам? Да они за кого ее принимают? Тем более что нового императора уже успели полюбить в госпитале. Он, невзирая на крайнюю загруженность, много времени проводил, беседуя с врачами, сестрами и ранеными. Он распорядился увеличить штат ночных смен, приказав платить дополнительным сестрам жалованье из своих средств, и теперь по ночам дежурили не две сестры милосердия на весь Зимний дворец, а по десять на каждый из залов. Он особо повторял, что раненым нужно не только лечение и уход, но и постоянное внимание, возможность поговорить, излить душу, услышать теплые слова. Да и тысячи тяжелораненых не могли нормально быть под присмотром всего лишь двух сестер милосердия.

А еще государь запретил хождение по госпиталю всякого рода высоких делегаций, ведь прежде и дня не проходило, чтобы по залам, словно на экскурсии, не ходили табунами всякие напыщенные, важные и часто иностранные гости, вместе с фальшивым сочувствием разнося заразу и множа беспокойство тяжелораненых.

И теперь этот неприятный полковник хочет, чтобы она выдала императора? Да ни за что! Даже если бы он тут и был.

Весь наличный состав лейб-гвардии Преображенского запасного полка был построен. Уже отзвучали приветствия, уже завершился минимально необходимый церемониал встречи государя императора, и теперь солдаты молчали, ожидая, собственно, то, ради чего их построили здесь прямо среди ночи. Ожидали высочайшее слово.