Фальшивая империя (ЛП)

— Куда мы направляемся? — спрашиваю я, когда машина трогается с места.

— Увидишь, — это все, что он говорит.

Я сосредотачиваюсь на проплывающем мимо пейзаже. Мы проезжаем мимо Лувра и Триумфальной арки. Когда машина останавливается, она оказывается рядом с еще более знаковой достопримечательностью.

— Ага. Мы можем отправить фотографию твоей маме, чтобы доказать, что осматривали достопримечательности.

Я улыбаюсь. Неохотно. Крю платит водителю, и мы присоединяемся к длинной очереди людей, идущих к Эйфелевой башне.

— Ты поднималась на нее раньше? — спрашивает Крю, пока мы идем.

— Нет, — признаюсь я.

Крю проводит нас к окошку с билетами без длинной очереди. Я смотрю на решетчатую башню из кованого железа, пока он покупает наши билеты. Несколько минут спустя мы приближаемся к началу ступеней. Крю изучает карту, которую он взял на кассе. Это раздражающе очаровательно.

Внезапно он останавливается.

Я тоже останавливаюсь.

— Что? — я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, что не так.

Когда я снова смотрю на Крю, он смотрит на меня широко раскрытыми, встревоженными глазами.

— Ты боишься высоты.

Я смотрю на него в ответ, потрясенная тем, что он вспомнил. Затем улыбаюсь.

— Все в порядке. Пока мы не прыгнем с парашютом, когда доберемся до вершины, со мной все будет в порядке.

— Ты уверена? — он все еще выглядит обеспокоенным. — Мы можем пойти и заняться чем-нибудь другим.

Будет настоящим испытанием снова увидеть Крю холодным и бессердечным.

— Я уверена. Это вопрос контроля. Я больше верю в то, что Эйфелева башня останется в вертикальном положении, чем в то, что один канат удержит меня в воздухе, — я не оглашаю другое различие между той прогулкой и сегодняшней: поскольку наши отношения с Крю изменились.

Крю снова начинает идти.

— Хорошо. Лестница или лифт?

Сегодня я надела балетки на плоской подошве. Даже если бы я этого не сделала, я все равно ответил бы:

Я знаю, что он не имеет в виду это буквально, по крайней мере, я так не думаю, но эти слова все равно вызывают во мне глупый трепет. Бабочки порхают у меня в животе, как будто самый популярный парень в школе только что вручил мне свою куртку от Лэттемэн.

По мере того как мы поднимаемся, под нами простирается все больше и больше Парижа. Я замечаю Парк Бельвиль и Марсово поле. Мы добираемся до первой смотровой площадки и начинаем подниматься по второй лестнице.

— Ты занимаешься спортом? — спрашиваю я на полпути к третьему пролету.

— Твои связи нуждаются в доработке.

Я закатываю глаза, потому что мне не хватает дыхания, чтобы смеяться.

— Да. У тебя же есть частный тренажерный зал.

— Я знаю. Просто им не пользуюсь.

— Да, я понял это, когда очистил беговую дорожку от пыли.

— Чушь собачья. Марта никогда бы не позволила этому случиться.