Защитник Империи

— Чем у нас вообще народ в свой законный выходной занимается? — цапнув со стола кусок свежего, одуряюще пахнущего мясного пирога, поинтересовался я. — В город-то выбраться можно? Или так и придется в таверне весь день сидеть?

— Можно и в город, — благодушно ответствовал Большой. — Только Серого надо упредить, чтобы знал, где тебя искать, если что. А так… Кто что хочет, тот то и делает. Я вон отоспаться попробую.

— Ясно, — кивнул я и, с намеком покосившись на близняшек, заметил: — Надо тогда Джейкоба, пожалуй, выловить, да в город вытянуть. Покажет хоть, где здесь что.

— Нет, Пройдоха никуда не пойдет, — покачал головой жующий свою долю пирога Большой. — Сегодня командир его осаживать не будет, так что квасить он будет, пока не упьется в хлам. Традиция у него, понимаешь, такая.

— Да он вроде и без того закладывает неплохо, — хмыкнул я.

— Это да, не может он без этого, — согласился Герт и пожал плечами: — Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Помирать всем страшно. А чем дольше служишь в «Магнусе», тем ясней становится, что смерть обмануть не удастся и скоро она придет за тобой. Вот и начинает у нас народ потихоньку кто за воротник закладывать, кто на дурь подсаживаться.

— Так запретили бы отцы-командиры — и никаких проблем, — недоуменно посмотрел я на своего собеседника.

— Да бесполезно это, — с досадой махнул рукой Большой. — Пробовали, запрещали. Но без возможности хоть немного забыться и отрешиться от своего страха, человек ломается еще быстрей.

— Джек вчера тоже целую бутыль вина к себе в номер утащил, — грустно вздохнули близняшки. — Досталось ему.

— Однако… — крепко призадумался я. И спустя некоторое время вымолвил: — Странно все это. Работа у нас, конечно, опасная и все такое… Но ведь надежда есть, а это должно хоть как-то поддерживать.

— Должно, — кивнул Большой и покрутил перед собой руками, изображая непонятную фигуру: — Да только шанс-то этот наш… Такой эфемерный…

— На сегодняшний день известно лишь об одном случае беспримерной храбрости бойцов «Магнуса», — уведомили меня близняшки. — Это когда четвертый отряд упокоил лича и его свиту.

— Угу, — подтвердил Герт. — Так и есть. Можно сказать, повезло четверке. Если забыть о том, что из всего подразделения в живых остался лишь их маг.

Я подумал чуток и вздохнул:

— Весело, ничего не скажешь. Однако, по-моему, все, кроме, пожалуй, Героя, знали, на что шли. Ибо иной вариант в виде позорной смерти на плахе или пожизненной каторги — еще хуже.

— Все так, — не стал спорить Большой. — Только смириться с этим не у всех получается… И ломаются люди.

— Пройдоха, стало быть, уже на краю? — внимательно посмотрел я на Герта. — И рано или поздно сорвется?

— Ну да, — подтвердил мои выводы собрат по оружию.