Легион против империи

Но не для тех, кого закопали в плодородную мезийскую землю…

— С арканами это Геннадий придумал, — сказал Коршунов.

— А кто об этом вспомнит? — резонно возразил Трогус. — Ты да я. А мы никому не скажем, верно? Кстати, — префект понизил голос, — есть у меня папирус египетский… Чудесная работа! Картинки, золотом и серебром писанные… Буковки — загляденье. Не хочешь купить для наместника Геннадия? Всего две с половиной тысячи сестерциев… Даром почти. Наместник такое любит, ты знаешь.

— А что ж сам не предложишь? — поинтересовался Коршунов. Ох, не просто так льстил ему Трогус. Не льстил — подлещивался.

— Я не могу, — вздохнул римлянин. — Я Геннадию Павлу слишком многим обязан. Я ему свиток сей только подарить могу…

— Ну, так подари! — улыбнулся Коршунов.

— Не могу, — вторично вздохнул Тевд. — Я за него двадцать ауреев отдал. Правда, новых, чеканки Александра Севера. Большие деньги!

Как префект лагеря Трогус ворочал куда большими деньгами, но Геннадий знал, что он — честен. Из казны ничего не украдет. Так у них в легионе принято. И за это следует благодарить Геннадия. Он своих людей с самого начала карьеры приучил: не воровать. У него в легионе офицеры даже взяток за освобождение от работ не брали. И гордились этим. А в легионе Коршунова — еще проще. Большая часть — германцы. Эти могут старика до нитки обобрать и у ребенка последний кусок хлеба изо рта вырвать (если жрать захотелось), но — у чужого ребенка и у чужого старика. А среди своих — никакого воровства. Положи сейчас Коршунов кошелек с золотом на землю и уйди — до самого вечера пролежит, никто не тронет. А вечером кто-нибудь подберет и в принципию отнесет. Чтоб в темноте не потерялся и лежал в целости, пока хозяин не объявится.

Вот вам и варвары!

— Две с половиной тысячи сестерциев, — вздохнул Коршунов. — Да я за такие деньги грамотного раба купить могу. Он мне еще и не такое напишет!

— Такое — не напишет! — убежденно произнес Трогус. — Бери, легат! Черепу понравится!

— Ох, сомневаюсь! Он читать любит, а не картинки смотреть и непонятные египетские значки разглядывать.

— Почему — непонятные значки? Там и греческий перевод есть! — радостно сообщил Трогус. — Да ты только глянь, легат! Сам увидишь, как красиво начертано! А еще говорят: текст этот — волшебный! Кто его прочтет, никогда в Плутоново царство не попадет и памяти посмертной не лишится!

Заинтриговал. Коршунов поглядел с минуту, как персидские инструкторы гоняют его кавалерию, решил — без него прекрасно справятся, и кивнул:

— Ну пойдем, поглядим, что там у тебя за сокровище египетской мудрости…

Папирус и впрямь оказался великолепен. Каллиграфическая греко-египетская билингва. И замечательными картинками. И начиналась она так…"

"«Послание из Сокрытого.