Имперец. Живыми не брать!

Вот как теперь все это дело утащить?

— Слушай, тут ноги делать надо! Они сейчас опомнятся — и рванут!

— На здоровье — двери заблокированы. Пусть долбятся в них башкой хоть до посинения. Машину подгоняйте прямо к входу — я все камеры отключил и записи потер.

— Ну, ты даешь! Старый злодей!

— Не такой уж и старый!

— Ладно… сейчас будем.

А дальше все было неинтересно. Погрузка трофеев в машину никакой сложности не представила — втроем мы управились быстро. Никто даже и не спохватился — сектанты носились где-то вокруг, разыскивая обидчика (вернуться к дому, нарушив приказ, у них ума не хватило), а сидевшие в здании люди нам были не опасны — двери-то заперты! Выехав за город, сбросили добро Петряеву, и я пересел к нему. Вадик, прихватив сына, рванул в деревню — верст за восемьсот. Там и радио-то не было до последнего времени, а утопать оттуда самостоятельно Кольке не светило — хиловат он для таких подвигов. Да и дед Силантий там — он только что называется дедом, а так мужик крепкий. И язык у него подвешен неплохо, он-то парню мозги поправит! Погонину до Силантия — как до Пекина раком! Парень, ошарашенный произошедшими событиями, сидел тихо и не рыпался. Впервые он увидел нас с той стороны, какая до сих пор была от него скрыта. И проникся. Зарабатывать приключения на собственную задницу ему явно расхотелось: Олег популярно разъяснил ему некоторые аспекты существования в окружающей действительности.

Иллюстрация этому еще была у Кольки перед глазами — видать, впечатлило его, притих.

Повседневные дела (это только кажется, что у пенсионеров дел никаких нет) да всякая прочая суета захлестнули меня с головой.

Так что домой я попал нескоро, примерно через неделю. Уставший и голодный, забежал на второй этаж и, открыв дверь, даже не раздеваясь, плюхнулся на диван.

А вот теперь можно и поспать!

Стоило только задремать, как дверной звонок разразился мерзким дребезжанием. Мать его за ногу — продукция китайского легпрома! Полгода еще туда-сюда, а потом — хоть в помойку относи. Чинить бесполезно, там все на соплях пришпандорено.

Сонный и небритый подхожу к дверям.

— Кого еще там черти приволокли?

— Господин Волин? Михаил Петрович?

— Это полиция, господин Волин. Откройте, пожалуйста, дверь.

Господи, а полиции-то что от меня надо? Да хрен с ними, открою. Все равно здесь ничего подозрительного нет.

В глазок рассматриваю визитеров — точно, полиция. Один стоит перед дверью, второй со скучающим видом прислонился к стене.

— А удостоверение и жетон?

— Пожалуйста! — Тот, что стоит перед дверью, безропотно предъявляет мне и то и другое.

— Чего стряслось-то?

— А вам повестка — вот! — старший протягивает мне листок бумаги. — Третий день уже вас ищем.

— Так я в гостях был…

Рассматриваю повестку.