Имперец. Том 5 (СИ)

И вот спустя три дня я снова сидел с Иваном за одним столом, только вместо нормальной выпивки и сытной закуски у нас был кофий со всякими сладостями.

Помимо меня, Ивана, Ермакова и, собственно, императора, тут была еще дюжина человек. Тоже какие-то отличившиеся аристократы, кто-то более знатен, кто-то менее. Беседа была, прямо скажем, вялотекущая. Я потягивал свою чашку чая, изредка скупо отвечая на вопросы о том, «как оно было», больше слушая, чем разговаривая.

И когда «кофий» подошел к концу, я готов был первым драпать из Кремля, но не тут-то было.

— Господа, был рад всех видеть, — произнес Дмитрий Романов, поднимаясь на ноги. — Но дела государственные не могут долго оставаться без моего внимания.

И тут Его Величество поворачивается ко мне и выдает:

— Князь, а пойдем-ка, расскажешь, как немцев бил. А то что-то надоело мне сухие отчеты читать.

О-о-о, какая зависть мгновенно промелькнула в глазах присутствующих! Это ж целая личная аудиенция! Некоторые подобного счастья месяцами ждут и годами добиться пытаются!

Я изобразил некое подобие радости от такого предложения и проследовал вместе с Его Величеством в государев рабочий кабинет."

"Там император плюхнулся в кресло и раздраженно махнул мне рукой:

— Садись, чего встал?

Я б, конечно, лучше вышел, но пришлось сесть.

Некоторое время император молча смотрел на меня, изображая глубокую задумчивость.

— Даже не знаю, что с тобой делать, Мирный, — заговорил после паузы он. — Если за каждое спасение наследника по куску земли давать, скоро Россия кончится такими темпами.

Я вежливо улыбнулся:

— Долг любого подданного — спасти цесаревича.

— Да-да, слышал такую байку, — усмехнулся император, а потом вдруг нехорошо прищурился: — А еще слышал, ты моего лучшего бойца к себе сманить хочешь?

— Так он же вроде как на пенсию собрался? — улыбнулся я.

В ответ на это император продемонстрировал мне бумагу, в которой некий Лютый И. В. просил уволить его по собственному желанию.

— В иное время я бы, конечно, его не отпустил, а тебя бы отослал из столицы. За дерзость — не многие решатся у меня людей уводить, — признался Его Величество. — Но ты — герой и, что еще более важно, чертовски предан Ивану. Так что я эту бумажку подпишу, Лютый ценнее любых денег будет.

— Благодарю, государь, — склонил голову я.

— Вот похвалил, но надо и пожурить. Атака мертвецов, конечно, была сильным психологическим ходом. Я понимаю, в той ситуации все средства были хороши. Но возвращать тела родственникам пришлось в закрытых гробах, опознавая по ДНК, какая кость кому принадлежит. Я недоволен.

— Вернете на фонт? — спросил я.

Император скривился.

— Куда тебе на фронт, ты без магии!

— Я и без магии, государь, неплохо могу справляться.

Мужчина посмотрел на меня внимательно, хмуро.