Императрица поневоле (СИ)

— Я предполагала, что ты меня не захочешь слушать, поэтому кое кого пришлось пригласить в гости, — в голосе леди Ильниры, не было ни волнения, ни страха, лишь холодная решимость и спокойствие.

- И кого же может пригласить хранитель? Дай угадаю — другого хранителя? — насмешка лорда была явно фальшивой: показное безразличие прикрывало собой нечто большее, похожее на… Надежду?

— Ты же не против такой встречи? — вопрос леди Ильниры прозвучал скорее утверждением. — Мы решили, что ради этого можно сделать исключение из правил.

— О, похоже, здесь запланирована встреча старых друзей, — усмехнулся Лонэрд, — какая честь, что ради моей скромной персоны вы пошли на такие жертвы. Ну, и, кто там сейчас хранитель в нашем роду?

— Лони, — от тихого женского голоса, прозвучавшего в наступившей тишине, лорд побледнел так, что стал белее мела, — мальчик мой.

— Ма… — слово замерло на его дрожащих губах, а по щеке сбежала крупная слеза.

Лорд начал озираться по сторонам, в поисках того, чей голос только что слышал, но вокруг были всё те же лица. Из его горла вырвался хриплый стон, полный боли и отчаяния. Занесённый кинжал выпал из ослабевшей руки, прочертив глубокую царапину на груди Ниэля, и на рубашке, тут же стало расползаться кровавое пятно. Стоило клинку со звоном упасть на дубовый паркет, как парень тут же сорвался с места, оставив лорда Лонэрда в полном одиночестве стоять в дверном проёме, но тот, похоже, этого даже не заметил. Покачнувшись, он стал оседать на пол, сжав голову руками.

— Нет, нет, нет, — сорвалось с его губ, — мне просто почудилось, просто показалось, ведь этого не может быть. Мама не могла стать хранителем, ведь она не основательница нашего рода.

— Могла, Лони, могла. Остальные отказались от этой миссии из-за того, что их потомок нарушил все принципы, которыми славился наш род. Лишь я одна сохранила веру в тебя, — вновь раздался тот же шёпот и рядом с леди Ильнирой появился ещё один полупрозрачный женский силуэт. — Бедный мой мальчик, ты совсем запутался, свернув не на ту дорогу. Но я знаю, что в том лишь часть твоей вины, хотя, конечно же, это не оправдывает твоих поступков. Тебя ввели в заблуждение, но ведь ты же это чувствовал. Не так ли?

— Возможно, ты права, но лесть была так сладка, — кивнул он, стоя на коленях.

— Сын, ты хвастался, что манипулировал императором последние сто лет. Наивный! Это тобою словно игрушкой развлекалась твоя жена, заставляя делать то, что было необходимо именно ей. Поддавшись обману и лести, ты предал не только императорский род, но и свой собственный.