Императрица поневоле

Из-за того, что прохожие, встретившиеся на пути, очень… как бы помягче выразиться — возмущались, при виде нашей процессии.

— Могу представить, — хмыкнула я, вспомнив свою реакцию.

— Арэн, мальчик мой, — обратился ректор к дракону, — помнишь ещё, где в этом доме кладовка? Сделай доброе дело, отправь туда кости. Ты уж не подведи старика, докажи, что я тебя не зря учил. А мы с Лией пока пройдём на кухню и поставим чайник.

Просьба не вызвала особой радости у Арэна, но он не мог «упасть в грязь лицом» и посрамить оказанное доверие.

— Пойдём, милочка, — взяв меня под локоть, тихонько прошептал ректор, — помня его «любовь» к моему предмету, могу с уверенностью сказать, что минут пятнадцать у нас есть, чтобы прояснить ситуацию с глазу на глаз.

Пока парень пытался справиться с учебным материалом, который никак не хотел продвигаться в указанном направлении, мы прошли на кухню. Сразу стало понятно, что лорд Саруш любит порядок: здесь всё сверкало чистотой.

— Как говоришь, зовут твою маму? — поинтересовался он, ставя чайник на плиту.

— Я ничего и не говорила, — осторожно ответила ему.

— Ну, так ведь это дело поправимо, — повернувшись, улыбнулся старик.

— Не совсем, — ответила я, — собственно, за этим мы к вам и пришли.

— Так-так, я внимательно слушаю, — сев на стул, указал мне на соседний.

— Я ничего не помню, про свою прошлую жизнь, — грустно усмехнулась, — и есть подозрение, что это из-за тёмного заклинания, которое на меня кто-то наложил. Арэн сказал, только вы можете помочь мне с этим разобраться.

— Лестно, — вновь улыбнулся он, но тут же став серьёзней, продолжил. — Позволишь, мне самому взглянуть?

— Да, конечно, — начала отвечать, но голос сорвался от волнения.

— Не переживай, это совсем не больно, — искренне сказал лорд Саруш, вставая со стула и делая шаг ко мне.

Сухая, тёплая ладонь дотронулась до лба, и в том месте стало слегка покалывать.

— А теперь посмотри в мои глаза и старайся ни о чём не думать, — тихий голос старика, успокаивал, — если не будет получаться, начни считать, сосредотачиваясь на каждой цифре.

Посмотрев в тёмно-карие глаза, я уже не смогла отвести взгляда. В мыслях образовалась пустота, которую изредка пронизывали яркие всполохи, и чем больше их становилось, тем сильнее болела голова. От старческой ладони исходили волны жара, но я не обращала на это внимания, заворожено глядя в его глаза. Зрачки ректора постепенно расширялись, заполняя собой радужку и, казалось, я начала видеть в них отражение тех самых всполохов.

Секунды складывались в минуты, но никаких изменений больше не было. Внезапно старик выпрямился, осторожно убрав ладонь со лба.

— Что скажете? — раздался голос Арэна за спиной. А ведь я даже не слышала когда он пришёл.