Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

Ещё при жизни Потёмкина, оказывается, решено было гвардейских егерей создать. Светлейшего год уже в живых нет, а государыне, видно, запало его предложение, вот и заставила она военную коллегию мысль Григория Александровича до ума довести. А они не рады. Жаль, ушёл он рано, сейчас коли бы жив был, многое проще решить бы через него удалось. Человека большого государственного ума наша империя потеряла!

— Ну не скажи, что проще, — покачал головой, не соглашаясь, Гусев. — Последний год не ладилось у него там, — кивнул он наверх. — Хорошо эдак Зубов и все, кто за ним стоит, оттёрли от дел князя. Поговаривают, что он и не решал более там ничего. Ещё чуть-чуть — и в опалу, глядишь, впал бы сам, как вон с братьями Орловыми перед этим было.

— Н-да-а, Зубов, Зубов, — барабанил по столешнице пальцами Алексей. — Много власти на себя в последнее время забирает Платоша. Перед императрицей ужом юрким вьётся, в рот заглядывает, улыбка с лица не сходит, а без неё барин барином. Генералы чуть ли не пылинки с камзола сдувают, угодить и порадовать молодца норовят. Слывёт за умника, говорит много и обо всём, и всё поверхностно. Пустозвон, вглубь дел далеко не лезет, предпочитает их другим перепоручать. А может, на этом, Серёж, и сыграть нам? Есть ведь у него страсть и слабость?

— Ну-у какая там страсть? — пожал плечами Гусев. — Золото он очень любит, у нас его точно не хватит, чтобы подкупить. Живопись, эллинскую скульптуру, поговаривают, жалует. Хотя думается мне, что притворяется, дабы модным в этом деле выглядеть. Ну что ещё? До лести весьма падок. А-а-а, ну охота, да-а. Вот охотой он очень увлечён, рассказывают — что аж светится, когда зайца или лису загонит. Пострелять мастак, точно пулей бьёт. Говорят, у него хороших, богато украшенных ружей много. Вчера вот гонец прибегал от обер-камергера и от главного егермейстера, полусотню конных егерей затребовал от нас Платоша. Но сам видишь, что с погодой творится, льёт как из ведра, вот и отменили охоту.

— Да, зна-аю, — проговорил задумчиво Алексей. — Лесть, охота и стрельба. Как бы нам это всё увязать воедино, а, Сергей?

— Ну вот что-что, а это уж я не знаю, — покачал головой главный полковой квартирмейстер. У меня что-то ничего пока не вяжется. Да, по награждению и производству в новые чины наших офицеров представления все инстанции прошли и находятся теперь на утверждении у императрицы. Как только плац хорошо подморозит, можно будет объявления высочайшей государевой милости по нашему полку ждать. Лёш, не забудешь про Демутов трактир, тот, что между Большой конюшенной и Мойкой? Там сегодня Воронцов аменины устраивает. Малый зал для полковых офицеров и приглашённых в нём снял.

— Да-да, Сергей, я помню, я не забыл, — заверил друга Егоров. — Ты иди. Я чуть позже подойду.