Императорский отбор для попаданки

— Пусть для всех выбор Селебрина окажется неожиданностью! Идемте!

Я последовала за ней.

Волнение нарастало, ноги стали тяжелыми, непослушными. Едва не запнулась о подол.

— Так и знала, что вы будете излишне волноваться, поэтому все продумала. Не стоит, дитя, тревожиться! — обернувшись, она улыбнулась. И больше не было в ней высокомерия и раздражения, только вежливость и услужливость. — Я буду рядом!

Я вспомнила слова Эверия и только теперь поняла, как сложно ему будет приблизиться ко мне. Если только в толпе… Однако статс-фрея повела меня не к бальной зале, откуда лилась торжественная музыка. Через небольшую комнату с фонтанчиком и большими окнами, она подвела меня к неприметной двери. Створки распахнулись, и я увидела балкон, с которого открывался вид на бальный зал…

Императорский бал в самом деле выдающееся событие для высшего света. Огромный зал, увеличенный магически, просторный и высокий. Колонны, украшенные цветами и магическими всполохами, подпирали прозрачный потолок. Тонкие ажурные перекрытия напоминали паутинку, устремившуюся к небу…

Распахнутые панорамные окна зрительно увеличивали и так просторный зал и сохраняли комфортную температуру.

С высокого пьедестала на приглашенных взирала императорская семья, облаченная в торжественный белый цвет. Расшитые золотом мундиры идеально облегали фигуры седовласого императора и принца. Мелдея в длинном царственном платье с высоким кружевным воротом — восседала как Снежная Королева.

Невольно залюбовалась их статью. И все же, несмотря на власть, что сосредоточена в их руках, богатства, я не желаю входить в их семью.

Прежде чем вывести меня в свет, Нилена помогла расправить подол, красиво уложить шлейф, после чего легонько подтолкнула в спину.

— Небольшое опоздание будоражит умы — длительная заминка свидетельствует о неуверенности и слабости. Ступайте!

Я переступила через порожек и оказалась в шумной, насыщенной атмосфере бала."

"Смесь дорогих духов и музыка окутали меня. Я словно оказалась в коконе роскоши и лицемерия. Только что все танцевали, увлеченные балом и танцем, а стоило появиться — почти одновременно обернулись в мою сторону, по залу волной прошелся шепот.

Музыканты продолжали играть, как будто не замечая заминку.

Нарушить ход танца — дурной тон, поэтому пары вынуждены были вновь продолжить движение. Через минуту все было так, как будто ничего и не произошло.

— Видите, Ольха, как просто угомонить любопытных, — улыбнулась статс-фрея и указала на стул. — Милостью Сиятельных вам даровано право сидеть в их присутствии.

— Но… Это же будет скандал! — спохватилась я, вспомнив, что подобная честь даруется только особо приближенным.

— Скорее оторопь возьмет всех. И зависть.