Императорский Див

Сверху послышался душераздирающий вой.

На трибунах снизу закричали. Непонятно, то ли от страха, то ли от восторга, пьяные гости не совсем поняли, что происходит."

"Аверин рывком поднялся и дернул дверь. И очень пожалел, что трости у него с собой нет. Стараясь не обращать внимания на боль в ноге, он, как мог быстро, помчался по лестнице вниз.

Внезапно ожил громкоговоритель.

И голосом Мончинского произнес:

– Внимание, господа. Ситуация вышла из-под контроля. Прошу вас, без паники, оставайтесь на своих местах. Над вами держат щиты, вы в полной безопасности. Не пытайтесь призывать своих дивов – этим вы вызовете хаос и бойню. Еще раз повторяю, без паники! Выбежав за пределы защиты колдунов, вы подвергнете себя опасности.

– Молодец, – пробормотал под нос Аверин, пробираясь вдоль стены к дверям, ведущим в коридор, узкое бутылочное горлышко. Сюда ли сбежал Рождественский? Или у него где-то есть свой собственный выход? И куда он направится? В свой кабинет? Нет, кабинет, по сути, ловушка. Хотя… там может быть тайный выход, не мог же князь не позаботиться о нем. Рождественский попытается покинуть остров как можно быстрее.

То, что он сотворил, непременно каралось смертной казнью. И Рождественский отлично это понимал. Как и понимал, что «друга» ему не купить и не запугать.

Аверин, прихрамывая, побежал по коридору. Кузи нигде не было, и это совершенно не радовало – наверняка Рождественский натравит на колдуна своих рабов. Анастасия занята, и очень сильно. Ладно, думать времени нет. Если он упустит Рождественского – все было зря.

Наконец коридор закончился, и через барный зал с пустующей сценой Аверин двинулся к проходу, ведущему в кабинет князя.

На удивление, ему никто не попался по дороге.

Кузя сидел на холодном полу в просторной комнате. Отовсюду пахло серебром, но не так сильно, как в общежитии Управления. Скорее всего, решеток в стенах не было, просто в сам материал стен добавили серебряную пыль. А потом усилили заклятиями. Дверь заперли, оставив в комнате около двадцати дивов. Кузя подумал было, что это плохая затея – запереть в одном помещении столько дивов, но потом, приглядевшись к собратьям, понял – им нет никакого дела друг до друга.

Дивы пользовались небольшой передышкой, чтобы чуть-чуть прийти в себя. Пока хозяева смотрели на драку Анастасии и княжеской дивы, их самих никто не трогал.

На большинстве были хорошо заметны следы развлечений. Один из запертых див слабее Кузи примерно вдвое, сидел недалеко на полу и тяжело дышал. Руки его были переломаны и загнуты в неестественном положении. Иногда он вздрагивал, и губы его тряслись.

Кузя подошел поближе и дернул хвостом, когда соприкоснулся с разумом дива, – сплошной комок страха и боли. От дива сильно пахло серебром.