Трон императора

Как верно заметил Друг Царя, демон не может по собственной воле обитать в нашем мире. Равно, как и ты, царь, не можешь обитать в мире сего демона. Но мал, ничтожно мал собранный мною пепел невидимого!

– И все-таки ты надеешься вызнать кое-что?

– Даже птица в небе оставляет след, по которому предсказывают грядущее. Даже выброшенная тобой за ненужностью мысль возбуждает эхо в каком-либо из множеств миров. Потому я обращусь к солидарным мне силам. И – узнаю!

– А зачем на Императора натравили демона – ты узнаешь? – спросил Люг.

– Царю лучше ведомы его помыслы и намерения. Кто его враги? Узнай – и получишь ответ на свой вопрос. А пока, прошу тебя, повелитель, пусть собрат мой Бауран Семиглаз побудет у твоего шатра.

– Пусть,– согласился царь.– Но не дай ему Ашшур услышать что-либо, кроме поступи Сил Зла!

– Он будет слеп и глух к твоим тайнам, как могильный червь! – заверил Верховный маг.

– Даю тебе срок до завтрашнего вечера,– сказал Фаргал.– Ступай, не теряй времени!

– Разумное решение,– сказал Люг, когда маг вышел.– С одной стороны, солдатам не помешает отдых, с другой – днем такая жирная приманка, как ты, мой царь, еще более опасна. Если тот ловкий колдун пронюхает, что у него только день времени, то ему ничего не останется, как забросить сеть не медля! А уж ты – такая рыбка, мой царь, что разорвет любой невод!

– Это так! – воскликнул Фаргал, и глаза его сверкнули.– Я люблю, когда на меня охотятся!

И сжал огромный кулак.

Вошел Бехер.

Начальник царской стражи лично принес тючок с одеждой и вооружением вождя соктов. Пока Люг одевался, Фаргал приказал призвать к себе Шотара и Дарзара, тысячника Алых. И предупредил Бехера, что неподалеку от его шатра обоснуется маг Бауран. А затем еще раз наставил Бехера, как следует охранять его, царя Карнагрии.

Начальник стражи выслушал с непроницаемым лицом. Он не хуже Фаргала знал, что следует сделать. И Фаргалу достоинства Бехера были хорошо известны. Но таким образом Император сделал начальнику стражи выговор за свою испорченную кожу."

"– Стоило ли унижать его, мой царь? – вступился за Бехера вождь соктов, когда начальник стражи отправился рассылать гонцов.– Разве он виноват? Это же колдовство!

– Не виноват часовой,– строго ответил Фаргал.– А начальник царской стражи не имеет оправданий! Если меня убьют, Бехер ответит собственной жизнью. Даже если он в это время находился за тысячу миль от царя по собственному приказанию своего государя! И это, говорю тебе, очень мудро для такой державы, как Карнагрия. Вот ты недавно пошутил над советами Саконнина…

– Ладно, ладно! Я понимаю, что именно начальнику царской стражи проще всего подсыпать в твой кубок яд.

– Или отвернуться, когда это сделает другой. Впрочем, в Бехере я уверен почти так же, как в тебе, мой друг.