Трофей императора

А знакомство с Дином только добавило раздрая в мятущуюся душу.

Маленький дарг стал камнем преткновения. Он заставил ее задуматься. Заставил волноваться о том, кто вышвырнул ее, как собаку.

Ленси кольнуло чувство вины – неприятное, нежданное и совсем не уместное в ее положении. Меньше всего ей хотелось, чтобы чья-то жизнь была на ее совести. Хватит уже того одноглазого дарга в пещере. Она до сих пор вспоминает о нем с содроганием.

Что ж, этой ночью она спать не будет. Она поймает маленького засранца, даже если придется войти в клетку с анкром! Прижмет его к стенке и потребует рассказать все, что он знает об этих «сокровищах» и «альхайрах». А потом уже и решит, что делать дальше.

***

Но ни той ночью, ни следующей ей не суждено было встретиться с Дином. Мальчик словно исчез. Или сознательно не желал с ней встречаться.

Валенсия поджидала его ночь за ночью, прячась на чердаке. Приходила туда после полуночи, когда вся Обитель погружалась в крепкий сон, и возвращалась назад перед самым рассветом. Анкры уже не возмущались ее неурочному появлению, и зачастую она засыпала прямо на полу, возле их клеток. Но маленький дарг так ни разу и не появился.

Долго это не могло продолжаться. Бессонные ночи начали сказываться на девушке. Она стала невнимательной, на лице появилась печать усталости, веки опухли и покраснели, лицо осунулось. Теперь Ленси едва держалась, чтобы не заснуть на ходу. Особенно во время занятий с матушкой Имирой.

Та обычно пристально следила за малейшим изменением в состоянии девушек, но последнее время перестала уделять им столько внимания. Казалось, Имира и сама была занята чем-то более важным, чем ее ученицы.

И все это время Ленси пыталась себя убедить, что совершенно не переживает за Роннара. Что ей вовсе нет дела до его проблем.

Но, странное дело, чем больше она себя убеждала в этом, тем меньше верила в собственные слова.

А потом в Обители появился новый дракон.

Глава 28

В этот раз Фаэрн ехал в Обитель не только для того, чтобы повидаться с мальчишкой и убедиться, что тот ни в чем не нуждается. Он вез с собой письмо для наместницы Заавеля – Ариоссис Имиры, которую в Обители называли не иначе как «матушка Имира». И в этом письме император Ламаррии давал наставления относительно своего сына.

Фаэрн сомневался, что Ариоссис прислушается к пожеланиям Роннара. Эта женщина имела свой взгляд на вещи, и с ней бесполезно было спорить. Она, в отличие от других своих сестер, видела не только возможное будущее, но и все многомиллиардные возможности этого будущего. Ее познания пугали и поражали Рубинового дракона. И зачастую она напоминала ему паука, сидящего в центре паутины, в которой бьются, запутавшись, целые миры.

Каждый раз, встречаясь с Ариоссис, Фаэрн чувствовал, что теряет часть своей жизни.