Слово Императора

Да, ведомой, зависимой, но наделенной своим характером и своими желаниями.

«Кровь Первопредка» действовала, насколько я знал, главным образом именно на эту ведомую инстинктами сущность. Отчасти поэтому я сомневался, что на человеческую женщину она подействует должным образом. По собственному же нынешнему состоянию я мог сделать единственный неожиданный вывод: зверь эту женщину принял, посчитал своей и… успокоился. Во всяком случае, на ее счет. А для того чтобы уточнить подробности, существовал единственный способ, и я намеревался к нему сейчас прибегнуть.

На «разговор» зверь вышел с некоторой неохотой, как будто ему было не до меня, что само по себе было странно. Дальнейшее же общение с ним весьма меня озадачило: он нервничал. Ему было не по себе, он беспокоился и стремился спрятаться в нору, да еще так, чтобы все «свои» – ближний круг, воспринимавшийся им почти как семья, – были рядом под наблюдением. Причину и источник беспокойства определить так и не удалось.

Проще говоря, я инстинктивно и очень ясно ощущал какую-то неприятность, причем настолько серьезную, что она умудрилась перебить действие «крови Первопредка». И я бы легко списал все эти ощущения на явно существующий где-то рядом заговор, который по горячим следам пытались распутать ищейки Инварр-ара, но отчетливой угрозы не ощущалось. Просто беспокойство, тревога и… полное непонимание происходящего.

Я попытался проанализировать ситуацию и собственную странную реакцию, но ни логические выкладки, ни ассоциативные цепочки ни к какому конкретному выводу меня не привели. Вариантов было множество, и ни на одном из них я не мог остановиться. И заговор, и окончательное утверждение мира с ближайшим соседом, и возможная ответная реакция застигнутого врасплох Малого совета, и катаклизмы вроде штормов или землетрясений, и даже мой собственный брак с личной точки зрения – все эти причины были равновероятны. Или, вернее сказать, «равно невероятны», потому что ни на одной толком не удалось остановиться.

В итоге так и пришлось оставить эту загадку неразгаданной, отложив на завтра. Мало ли, какие неприятности может ощущать зверь! Может, завтра пойдет дождь и у него лапы ломит. Фигурально выражаясь.

Пока я занимался самокопанием, гости, к моему удовольствию, были заняты разговором, к еще большему удовольствию – включив в этот процесс и Александру. Некоторое время я прислушивался к увлеченной беседе, наблюдая за присутствующими. И судя по тому, что увидел и услышал, Александру одобрили все, даже Ранвар, а это была высокая похвала. Только Иммур поглядывал настороженно, но он и мне до конца не доверял.