Слово Императора

Большинство записей изобиловало зубодробительными терминами и формулами, явно представляя собой некие исследования. Попалось несколько тетрадей, испещренных странными значками; кажется, это был шифр. Кроме того, на мое счастье, среди бумаг нашлась подробная карта провинции. Пометки красным крестом «вы находитесь здесь» не было, но зато обнаружились навигационные приборы. Как всем этим пользоваться, я в общих чертах представлял и очень надеялся, что у меня получится хотя бы примерно определить наше положение в пространстве. Не хотелось бы потерять координаты этой лаборатории; я нутром чуял, что здесь масса интересного, которое вполне может пригодиться.

Наконец, прихватив штурманский набор, я выбрался наверх и расположился за столом, чтобы провести время дежурства с пользой.

Когда я получил более-менее вменяемые результаты, не изменяющиеся после пересчета, уже рассвело, солнце прилично поднялось над горизонтом. Я собрался будить спутниц, но те, будто почувствовав, зашевелились сами. Уру тут же убежала на улицу, желая осмотреть колодец; хотя лично мне показалось, что она просто по-прежнему чувствовала себя виноватой за ночные события и стеснялась нашего общества. Александра же из-за моего плеча заглянула в карту и уточнила:

– Вроде бы неплохие. – Я развернулся на скамье вполоборота и левой рукой обнял супругу, притягивая ее ближе. – Я примерно догадываюсь, где мы находимся. Правда, новость не слишком хорошая: до ближайшей цивилизации отсюда не меньше семи дней пути, при условии, что идти мы будем быстро. Как твои руки? – уточнил, перехватив ее левую ладонь. Правая в этот момент лежала на моем плече.

– Спасибо, хорошо, – кивнула Александра. Я взял ее ладонь, покрытую нежной молодой розовой кожей, поднес к лицу и прижался губами. – Я только не поняла, куда их в итоге надо было бить?

– Грудь, горло и морда – самые горячие места, – глухо проговорил я, не меняя позы. – Удары туда должны быть наиболее короткими, а лучше их вообще избегать.

Ощущение было довольно непривычным: я чувствовал себя виноватым перед ней. Ладно Уру; она, в конце концов, телохранитель, это ее обязанность, и пол здесь не играл никакой роли. А Александра – женщина. Моя женщина. Я должен был защищать ее, а не сражаться с ней плечом к плечу. Да, она вызывала уважение умением постоять за себя и восхищение уровнем этого умения; но в том, что ей пришлось к нему прибегнуть, я видел свою вину. И это ощущение не добавляло хорошего настроения. Знал бы, чем обернется поездка, оставил бы ее в столице на попечении Мунара и его жены!

– Ладно, дойдем как-нибудь, – философски вздохнула она.