Сладкий подарок для императора Теней

— Ваш братец сказал, что это алтарь и его надо было не выкапывать и оставить под землей, — вмешался наш курьер. — Но потом вроде успокоился.

Я отпустила парня, который показал себя невероятно глазастым, и постаралась проделать почти цирковой трюк: непринужденно прогуливаться среди раскопанных траншей и прислушиваться к дебатам в гостиной.

Ничего связного я не почерпнула. Кто-то голосом Корнелии каждые двадцать-тридцать секунд повторял одно и то же: «Не может быть». Вдруг на плечо мне легла тяжела рука. Я развернулась и столкнулась нос к носу с Феррисом. Меня поразило не то, что он должен был сейчас находиться в гостиной и даже не то, что он схватил меня, возможно, при свидетелях.

Самое страшное заключалось в том, что это существо, не имело с Феррисом ничего общего, кроме внешности. Я уставилась в черные, как сажа, глаза, в которых читался интерес.

— Что такая крошка делает в саду совсем одна? Здесь небезопасно.Я готова была подписаться под каждым словом.

Эта версия демона, похоже, пыталась вспомнить, как люди улыбаются: у него шевелились уши, но никак ни губы. Из левой ноздри показалась черная маслянистая жидкость, которую он тут же слизнул нечеловеческим раздвоенным языком.

Глава 41. Встреча

Свое самое большое потрясение я пережила, когда впервые свалилась на алтарь к Феррису, а этот демон обещал стать самым страшным и повезет, если не последним."

"Я набрала в легкие побольше воздуха и завизжала. Ведь Феррис совсем рядом — ему переместиться сюда меньше, чем одна секунда. Но связки не слушались, я не смогла выдать даже хрипа. Голос пропал полностью. Я сделала шаг назад, оступилась и свалилась на варварскую плиту, которую сегодня достали из-под земли.

Ударилась затылком; вроде бы несильно, но все вокруг поплыло. Единственное, что я сейчас чувствовала практически всем телом — как приближается этот оживший кошмар. При этом он издавал какие-то звуки, похожие на бульканье. Меня мутило от страха и отвращения. Казалось, что стоит ему меня потрогать и я больше не отмоюсь.

— К-к-крошка, почему ты сопротивляешься? Разве я тебе не нравлюсь? Перестань дергаться. Ты мне мешаешь пощупать твое маленькое и такое горячее сердечко.

Я схватилась за амулет. Хорошо, что надела не такое закрытое платье, как обычно. Дернула, что было сил, порвала цепочку и сжала его у себя в кулаке.

— Не подходи. Я тебя не знаю. Ты меня тоже. И, по-моему, ты не очень приспособлен для этого мира. У тебя глаз дергается. Ой, теперь уже оба.

Каким-то образом это существо воздействовало на меня. Я говорила чрезвычайно тихо, тише чем шепотом, но стоило мне чуть поднять голос, как я тут же его лишалась.

— Хм, я должен был выглядеть точно так же, как тот, кем ты пахнешь. Он касался тебя, ласкал и в этом мире думал только о тебе.