Хо`шен императора

Кто проучился в академии три года, не подозревая о печатях темников? Кто мог попасть в зависимость и, сам того не желая, предать, вопреки связующим клятвам? Кто был в курсе всех наших планов и создавал нам защитные амулеты? Не потому ли до Егорки так легко добрались? А как же поиски места, куда стекалась отнятая у студентов энергия? Разве темники допустят, чтобы мы обнаружили их логово? Если только для того, чтобы заманить в ловушку.

Проклятье! Я ведь даже поговорить с ним об этом не могу, чтобы не сработала клятва. Он в безопасности, пока не подозревает о предательстве. Учитывая уникальный талант, Варфоломея вряд ли подставят настолько, чтобы он погиб в жутких муках. Но как же горько осознавать, что все это время с нами играли, дергая за веревочки.

Я как стояла, так и села. Подгибающиеся ноги отказывались держать, а тело сотрясалось предательской дрожью. По щекам против воли полились горькие слезы.

– Они не посмеют приказать ему навредить тебе, – Алим присел рядом, обнял за плечи и притянул к себе. – Из-за рабской привязки и за счет обмена жизненной силы, ты имеешь над парнем особенную власть. Никогда не обращала внимания, что любую твою просьбу Ромка бежит выполнять с щенячьей радостью, бросая остальные дела?

– Но как это исправить? Ты хоть представляешь масштаб? Это же древние тайны ашкеназского народа, охранная система Левино и Каменной пади. Природный источник, наконец! Это же катастрофа! Что нам делать, Алим? Я… у меня руки опускаются после такого.

– Мы что-нибудь обязательно придумаем! – брат участливо погладил меня по плечу. – А пока тебе стоит освежиться, позавтракать и вернуться в академию. Никто не должен заподозрить, что мы догадались, кто у темников тайный осведомитель.

– Верно, – я тяжело вздохнула и активировала импульс бодрящей энергии, чтобы сбросить усталость. Такой же направила Алиму, чтобы зарядить силами на предстоящий день.

– Спасибо! – Мужчина вздохнул полной грудью и посмотрел на меня с благодарностью. – Нина, и еще один момент, который мы не обсудили, – поджал губы в задумчивости, будто бы тянул с этим до последнего. – Если уж темники посчитают, что диверсия удалась, то в ближайшее время устроят провокацию, способную вбить между нами клин. Пожалуйста, сто раз подумай и не действуй сгоряча, если услышишь обо мне что-то плохое.

– Мда, ты прав, – меня передернуло от одной только мысли, что эти твари очернили бы Алима. – Постой! – вспомнила об одном нюансе, который совершенно вылетел из головы. – Ярослав недавно упомянул некий адрес. Я хотела проверить, но не до того было. Садовый переулок, семнадцать. Тебе это о чем-нибудь говорит?

– Как ты сказала? – ашкеназец побледнел. – Семнадцать?

Мужчина ослабил узел на шейном платке, но этого оказалось мало.