Император Пограничья 8

Они растворились в толпе, петляя между бараками. Иуда краем глаза заметил, как девушка от раздачи обернулась им вслед, попытавшись разглядеть, но преследовать не стала. Пронесло. На площади дежурили двое дружинников, но воры прошли мимо них с самым безмятежным видом — просто двое беженцев, спешащих по своим делам.

Работать в остроге полагалось всем, но Иуда с Митькой освоили искусство уклонения до совершенства. Честный труд они презирали с детства — удел овец, которые гнут спину за копейки, пока умные люди берут своё хитростью и смелостью. Зачем мозолить руки, если можно жить умом?

Утром месмерист подходил к бригадиру, ловил его взгляд и внушал: «Мы уже отметились». Если это не срабатывало, они просто меняли бригады каждые пару дней, представляясь новичками — в хаосе регулярных атак и боевых тревог никто не следил за конкретными лицами.

Иногда «Ульян» изображал хромоту, опираясь на палку, или надрывно кашлял, сплёвывая слюну, подкрашенную соком свёклы. Сердобольные бригадиры отправляли «больного» отлёживаться. В другие дни они заявляли, что уже приписаны на ночные работы, а днём должны отдыхать. Ночью, разумеется, просто прятались в заброшенных сараях или домах, чьи хозяева погибли, а новые семьи ещё не заселились.

За лишний паёк можно было найти какого-нибудь оголодавшего беднягу, готового отработать чужую смену. А во время атак Бездушных, когда все бежали на стены, они забивались в самый дальний подвал, а потом выползали, рассказывая, как героически таскали ящики с патронами или помогали раненым.

Несколько часов после инцидента на раздаче они отсиживались в бараке, обсуждая недавний инцидент. Митька нервничал, предлагал затаиться на пару дней, но Иуда только усмехался. Карточки так и осталась неиспользованными, а в животе урчало от голода. К ночи терпение лопнуло.

— Хватит трястись, — решил глава их небольшой, но дружной шайки. — Пойдём прямо к источнику. Амбары.

— С ума сошёл? Там охрана!

— Я знаю, что делаю. Справимся.

Сумерки окутали острог. Они выскользнули из барака и направились к складским помещениям на окраине. Амбары стояли в ряд, массивные и основательные. Возле третьего склада дежурили двое охранников — молодой парень с автоматом и пожилой мужчина с седыми усами.

Воры притаились в тени соседнего строения, выжидая. Через полчаса молодой охранник заёрзал, потом оглянулся и быстрым шагом направился за угол амбара. Момент настал.

Иуда вышел из укрытия и неспешно подошёл к оставшемуся сторожу. Поймав его взгляд, направил силу:"

"— Ты устал. Очень устал. Присядь на ящик и отдохни. Закрой глаза.

Охранник медленно закрыл глаза, голова склонилась на грудь. Митька восхищённо присвистнул и принялся за замок. Его ловкие пальцы орудовали отмычками с виртуозностью музыканта.