Император Пограничья 1

Несмотря на преклонный возраст и совершенно седые волосы, в нём всё ещё чувствовалась сила. Его лицо с пергаментной кожей избороздили глубокие морщины, а в слезящихся от постоянного недосыпа глазах застыла усталость. Однако взгляд оставался цепким и властным — так смотрит старый, но всё ещё опасный хищник. Пальцы, унизанные массивными перстнями с драгоценными камнями, судорожно комкали подлокотники кресла, выдавая крайнюю степень нервозности.

— Ты же обещал мне, что эта паскуда, чудом избежавшая петли, сгинет в той деревне! — рыкнул князь. — И что же случилось? Почему я вижу в Эфирнете, как он блистает на балу в Сергиевом Посаде? Почему побеждает на дуэли и танцует мазурку?

Сабуров вздохнул, пытаясь сохранять спокойствие. Паранойя князя в последнее время усилилась, заставляя его везде видеть угрозы и заговоры. Малейшее подозрение вызывало у него приступы неконтролируемой ярости.

— Ваше сиятельство, не изводите себя понапрасну, — проговорил Михаил уверенным голосом. — Раз селяне его не прикончили, мы пойдём другим путём. Тем более подходящий случай подвернулся. Не извольте беспокоиться, от петли он, может, и ушёл, но расплаты не избежит.

Князь вдруг вскочил на ноги, и пламя полыхнуло на его ладонях. Языки огня заплясали в сантиметрах от кружевных манжет, грозя перекинуться на богатый ковёр. В бешеных глазах старика горело безумие.

— Как те мятежники, что жаждали меня свергнуть? — взревел он, стискивая кулак. — Так же, как эти повешенные твари?

Сабуров попятился, с тревогой отмечая, как стремительно ухудшается психическое состояние князя. Тот и раньше не отличался адекватностью, но сейчас, похоже, окончательно тронулся умом.

Граф вспомнил, как из кружка молодых идеалистов-пустобрёхов князь сотворил в своём воспалённом мозгу грозную шайку бунтовщиков. Их поспешная казнь принесла княжеству немало проблем, ведь это были отпрыски знатных фамилий. Семьи покойных не простили Веретинскому подобной жестокости и затаили глубокую обиду. Один Всевышний ведал, к чему приведёт это в дальнейшем…

«Он сам превращает свои фантазии в реальность, — с горечью подумал Михаил. — Озлобленные аристократы вполне могут сговориться и низвергнуть этого безумца. И поделом ему будет…»

Меж тем Аристарх Никифорович продолжал бушевать, размахивая пылающими руками. Огонь плясал вокруг него жутковатым ореолом, заставляя графа щуриться от жара. Он не сомневался, что если дойдёт до драки, сможет защититься, но тогда долгие годы службы пойдут насмарку. А этого очень бы не хотелось. Не зря же старательно работал на то, чтобы занять место возле трона.

— Каждый чёртов смутьян должен сдохнуть! — верещал Веретинский.