Император Пограничья 1

Возле повозки дожидались ещё двое стражников в полном облачении, с оружием на изготовку. Завидев нас, один выступил вперёд.

— Сержант Могилевский Демид Степанович, — отрекомендовался он, сверля меня цепким взглядом. — А вы, стало быть, боярин Платонов?.. Ну-ну. Я отвечаю за вашу безопасность, в том числе в пути. Ведите себя разумно и чинно. Слушайтесь моих команд, и тогда проблем не возникнет.

Суровое обветренное лицо, тронутые сединой виски, ледяные глаза — вылитый вояка, каких я сотни повидал. У этого слова с делом не расходятся.

Только вот король привык повелевать, а не кланяться. Я усмехнулся и спокойно парировал:

— Благодарю за усердие, сержант. Лишних сложностей я не ищу, но и приказы принимать не стану — ни от тебя, ни от кого иного. Моя миссия — взять Угрюмиху под контроль. И я буду всецело сосредоточен на этом. Твоя задача — обеспечить сохранность, не более. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Могилевский скрипнул зубами, но кивнул. Распознал в моём голосе нотки человека, привыкшего повелевать. Что ж, по крайней мере, он знает своё место.

— В упряжке есть кое-какая одёжка, — заметил он. — Стоит переодеться, боярин, пока не отморозили себе что-нибудь важное.

Приняв информацию к сведению, я перебрался в телегу и отыскал свёрток с одеждой. Довольно простой, но тёплой. Всё это время я игнорировал холод за счёт силы воли, но тело изрядно знобило.

Захар привычным образом взял поводья, а я расположился позади него на скамье. Повозка тронулась, увлекая нас к северным вратам. Не скрывая любопытства, я разглядывал городские улицы. Теперь, когда первое напряжение схлынуло, в глаза бросались любопытные детали."

"Например, самодвижущимися каретами, то бишь машинами, здесь почти не пользовались. Попадались лишь редкие экземпляры, чинно скользящие меж пешеходов и всадников. Зато людей, повозок и всадников хватало — видимо, эта реальность хоть и опережала мою родину в развитии, но не так чтобы очень.

Миновав арку северных врат, я невольно присвистнул. Городские стены здесь были выстроены на совесть — высокие, мощные, с искусно расставленными башнями и контрфорсами. Даже мой намётанный глаз не сразу углядел слабые места.

На стенах хватало стражи, а также каких-то хитрых приспособлений, смахивающий на боевые баллисты. Только вместо привычного дерева, эти были отлиты из металла. На этом различия, конечно, не заканчивались. К небесам тянулись длинные узкие стволы, блестящие на солнце.

Я хмыкнул. Любопытные игрушки. И, подозреваю, весьма опасные — такую махину просто так таскать не станут. Знать бы ещё, по какому принципу эти штуки извергают снаряды…

Тряхнув головой, я отвернулся. Всему своё время. Сейчас нужно подумать о другом — как не сгинуть в Угрюмихе и справиться с княжеским заданием.