Император деревни Гадюкино

 – Ну и мерзость! Чем это несет?

– Душенька, именно этот вопрос и беспокоит Лампу, – вкрадчиво промурлыкал Максим, – согласись, неприятно жить в сортире на остановке маршрута Занюханск – Гадюкино. Предполагаю, что под полом сдохла крыса! Какое решение примем?

Алла постаралась скрыть гнев, а я вспомнила, что к нашему прерванному разговору докторша так и не вернулась.

– В «Вилле Белла» нет грызунов! Сейчас пришлю слесаря, вероятно, это засор в фановой трубе.

– И одновременно пусть придет горничная и перенесет вещи постоялицы в другой номер, – распорядился Макс, – Лампа не должна наслаждаться вонью.

– Починим, проветрим, – затараторила Алла, – зачем Евлампочке Андреевне лишние хлопоты? Она тут уже обжилась!

– Хлопотать будет прислуга, а Лампа пойдет в ресторан ужинать за счет заведения, – отрезал Макс.

– У нас нет свободных номеров, – выдавила Алла.

– Это не наша печаль! Найди, – не сдался Максим.

Я не люблю оказываться в центре скандала, даже чужое выяснение отношений вызывает у меня комплекс вины и желание очутиться за тридевять земель от тех, кто орет друг на друга. И уж совсем невыносимо стать основным действующим лицом свары, поэтому я смущенно забубнила:

– Алла Михайловна права, трубу приведут в порядок, номер проветрят, все будет отлично. И где найти свободную… Ой!

Только что ущипнувший меня Макс повернулся к Алле:

– Люкс Юрия не занят.

Хозяйка замахала руками:

– Это невозможно.

– Номер пуст, – стоял на своем Макс, – Юрий сейчас в Майами, я с ним ночью беседовал, раньше октября он из Штатов не вернется. Проблема решена, зови сюда девок. Робби, фью-фью!

Чемодан, словно Сивка-бурка, возник в центре комнаты, но Алла не обратила внимания на кофр-скороход.

– Я не могу...

– Так, – бесцеремонно перебил ее Макс, – неуважение, оказанное моей девушке, является неуважением, проявленным ко мне, а неуважение ко мне...

– Максик, – замела хвостом Алла, – но я же не знала, что вы вместе!

– Сейчас же поставлю на лоб Лампе фирменное клеймо нашего рода, – гаркнул Макс, – а пока я ее везу в тату-салон, Романову устраивают в Юркином люксе с непременным комплиментом от заведения за причиненные неудобства. Айн, цвай, начинай! И запомни: кто обидит Лампу, тот будет иметь дело со мной. Андестенд, май лав? Гуд-бай, беби!

Алла безостановочно кивала, Макс схватил меня в охапку и выпихнул за дверь.

– Пошли, – приказал он – двигаем на второй этаж.

– Может, не стоило так резко? – промямлила я. – Неудобно как-то!

Максим прижал меня к стене:

– Запомни, люди делятся на две категории. Первая, очень малочисленная, способна оценить интеллигентность собеседника и никогда не воспользуется ею в своих целях.