Во имя любви

"

"– Получив вашу записку, Торн, я кое о чем задумался… И мне стало интересно, на самом ли деле вы такой идиот, что осмелитесь заявить о своих притязаниях. Ведь даже наиглупейший представитель самой неблагоразумной семьи в Англии не отважился бы на подобное безрассудство. – И снова раздался злобный смех.

– Ваши слова оскорбительны, сэр, – холодно произнес Гарри и лишь потом спохватился. Показывая свою обиду, он не достигнет цели.

– Оскорбительны? – На сей раз Лит не повысил голоса, отчего его презрение лишь стало еще более очевидным. – Но ведь не я ничтожный бездельник, не имеющий за душой ни пенни, однако вообразивший, что может заполучить самую богатую наследницу Англии, лишь попросив об этом. Наследницу, которая является моей горячо любимой сестрой. Когда мой отец был уже на смертном одре, я пообещал ему позаботиться о Софи. Вверив же ее будущее моту и бездельнику, я поступил бы как самый отъявленный лжец.

Гарри тяжко вздохнул и пробормотал:

– Вы должны дать мне шанс объясниться, милорд.

Лит с силой ударил кулаком по столу, отчего бронзовые чернильницы подскочили и зазвенели, ударившись одна о другую.

– К черту! – заорал маркиз. – Нет необходимости давать вам что-либо, кроме приказа убраться из этого дома и больше не беспокоить мою сестру!

Правила хорошего тона гласили: если хозяин дома просит гостя убраться, гость должен немедленно выполнить его требование. Однако Гарри пребывал в таком отчаянии, что позволил себе ослушаться.

– В ваших обвинениях есть доля правды, милорд, – процедил он, едва сдерживая гнев. Никто не говорил с ним подобным образом с тех самых пор, как он был не очень-то прилежным учеником в Итоне. Расправив плечи, Гарри посмотрел прямо в глаза Литу и заявил: – Но все же я не стану извиняться ни за свое поведение, ни за свою семью.

– Вам нет прощения! – рявкнул Лит.

«А может, закончить разговор, расквасив нос этому высокомерному самодовольному хлыщу», – промелькнуло у Гарри. Но он тут же отбросил эту мысль и проговорил:

– Просто до сего момента я не находил применения своим талантам, милорд. Но я никому не причинял зла. А грехи мои ничем не отличаются от грехов многих моих ровесников. Если вы наведете справки, то узнаете, что я не пьяница и не склонен просиживать ночи за игорным столом. У меня нет долгов. И я искренне люблю вашу сестру, поэтому верю, что смогу сделать ее счастливой.

Глядя на молодого человека как на таракана, выползающего из-под толстого турецкого ковра, Лит проговорил:

– А я считаю вас наглым нищим бездельником, задумавшим окружить себя роскошью, приобретенной на приданое моей сестры.

Гарри снова вздохнул, но тут же напомнил себе, что любое проявление уязвимости отдаст его на милость маркиза Лита.