Курсантка с фермы. Имитация любви (СИ)

Общие дисциплины и физическая подготовка для всех разведчиков относительно одинаковы, а специальная подготовка начинается как раз с третьего курса. Ты же, Нина, больше подходишь в САР, чем в ТР, и это становится очевидным.

— И что, для смены специализации мне обязательно нужна твоя фамилия?

— Мне так будет спокойнее.

— А мне нет. Я за тебя не выйду, Ли. Ты старший, ты военный, ты цвин рогатый. Мой отец тоже был военным. Мама любила его, а он любил работу. А потом его убили спящие, и мама осталась одна с детьми.

— Дело не в этом, — покачал головой Малейв. — Ты мне не доверяешь.

— Я заинтересовала тебя только из-за психической устойчивости. Как и Гоина я заинтересовала только из-за своих необычных генов.

— Во-первых, ты заинтересовала меня не из-за психической устойчивости. Во-вторых, с чего ты взяла, что у тебя необычные гены?

— Лирианец сказал на инициации, что у меня гены, не как у всех остальных. После касания эо-ши все получают силу и эо, а я получила неуязвимость.

Ли шагнул вперед и ухватил меня за плечи. Изучил меня, как сканирующие системы андроидов – сверху донизу. Коснулся лица ладонями; от них пошло тепло. Под конец осмотра зеленые глаза центаврианина потемнели.

— Этого не может быть. Энергии типичны для человека твоего возраста и расы. Я ничего не вижу.

— А Гоин видит. Что он может знать такого, чего не знаешь ты?

— Расскажи мне все, — потребовал Малейв.

Мы устроились на лавке в парке, ожидая Ноури. Я рассказывала Ли о своих походах в Дом Жизни на Горунде и об инициации. Мужчина не мучил вопросами меня – всего пару раз кое-что уточнил. Закончив рассказ, я не без тревоги посмотрела на центаврианина.

— Ну? Что скажешь?

— В твоих генах нет ничего не-гуманоидного. И энергии в норме.

— Тогда что со мной не так?

— Хороший вопрос, — протянул Малейв. — Будем отталкиваться от того, что все

гуманоидные расы произошли от лирианцев. Овладев технологиями для путешествий, лирианцы разбрелись по вселенной, разделились, и каждая такая группа пошла своим путем развития. Твои предки с Земли, а на Земле не раз проводились генетические эксперименты. Есть вероятность, что ты – потомок людей, рожденных в результате экспериментов.

— Как правило, такие «эксперименты» долго не живут, — сказала я, вспомнив лекции профессора Лохму. — Гибриды и те выживают только потому, что получают сильнейшие регенерационные способности спящих.

Я разволновалась. Правда не всегда бывает полезной. Гоин ведь не просто так сказал, что если я начну расспрашивать об отце, меня могут арестовать. Может, правда мне только навредит? Может, мое счастье в неведении?

Услышав такую точку зрения, Ли посмотрел на меня, как на неразумное дитя.

— Правда – любая, всегда полезнее неведения.