Имидж напрокат

"

"– Сто лет не ела пирожных, – призналась моя визави. – Когда на руках несколько детей, а зарплата одна… Ой, только не подумайте, что я жалуюсь, нам хватает. Я не нищая, чай пришла пить не по бедности, просто раз дают талон, то надо его использовать.

– Конечно, конечно, – согласилась я, – вы работаете в престижном месте, прилично зарабатываете. Какой у вас красивый браслет!

– Нравится? – обрадовалась Михайлова. – Оригинальная вещь.

– И, похоже, очень дорогая, – подчеркнула я.

– Ваш заказ, – заявила официантка, подходя к столику. – Не сердитесь на меня, зуб с утра болит, прямо извелась вся, вот и нагавкала на вас.

– Ой, ой, тогда надо быстрее к врачу бежать, – посоветовала Ксюша, – пульпит не шутка.

Я предпочла промолчать.

Глава 25

Когда Юля ушла, Ксения повертела браслет на запястье.

– Это подарок. Сколько он стоит, я не знаю.

– Можно посмотреть? – попросила я.

Михайлова сняла браслет и протянула мне. Я стала его разглядывать, изображая знатока бижутерии.

– Похоже на работу Никиты Рязанцева. Слышали о нем?

Ксения сделала глоток из бокала.

– Ой, как вкусно! Просто восторг! Я не разбираюсь в украшениях, да у меня их и нет.

– Наверное, любимый человек преподнес? – продолжала я.

– Его тоже нет, – призналась медсестра, вздохнув. Затем добавила: – И навряд ли будет. От многодетной матери мужчины шарахаются. Браслетик кто-то из пациентов преподнес.

– Кто-то? – переспросила я. – Анонимный презент?

Ксения отложила ложку, которой нацелилась на тирамису.

– Я работала раньше в другой клинике. Прихожу как-то утром на службу, а на посту коробочка стоит, в ней браслет и записка: «Дорогая Ксения Михайлова, спасибо вам за заботу и совсем не болезненные уколы». Без подписи.

– Как мило! – восхитилась я. – Видно, вы очень хорошо заботились о пациенте, раз он вас отблагодарить решил.

– Было очень приятно, – призналась Ксюша. – Обычно-то люди при выписке дарят конфеты, а мне вот что преподнесли.

– Эксклюзив, – протянула я.

– Точно, – засмеялась медсестра, – ни у кого подобный не видела.

Я оперлась локтями о стол.

– А вот мне такой браслет попадался. Один в один, как ваш.

На дне глаз Ксении мелькнула тень беспокойства.

– Правда? На женщине или на мужчине? Браслет-то унисекс.

Я вынула из сумки листок из принтера и положила его перед Михайловой:

– Узнаете?

Та широко раскрыла глаза.

– Мои черепушки.

– Ксения, зачем вы испортили камеру видеонаблюдения? – сурово спросила я.

Михайлова уронила кусок тирамису на скатерть.

– Камеру? Я? Зачем?

– Вот и мне очень интересно, – протянула я. – Это как-то связано с вашим визитом в палату Раисы Петровны Галкиной?

Михайлова закатила глаза.

– Галкина, Галкина… Не помню ее.