Имидж напрокат

И посерьезней повод есть – я увольняю плохих сотрудников. Определенно кто-то на меня зол.

– А в личной жизни? – не отставал Костин.

Валерий Борисович растопырил пальцы на руке.

– Три бывшие жены. Две в Италии, одна в Лондоне. Детей нет – я не чадолюбив. Все экс-супруги снова замужем, ко мне претензий не имеют, мы даже дружим. Я вскоре опять собираюсь в загс, уже назначен день свадьбы. Будущая жена – само очарование. Конечно, года через три мы начнем ругаться, а пока у нас любовь-морковь, конфеты-букеты. Послушайте, ваша версия с древоточцем… Это же мелочь! Новая лестница стоит… Ладно, пусть сто тысяч евро, все равно это не тот расход, который приведет меня к финансовому краху. Ну да, не хочется тратить сотню там, где можно обойтись тридцаткой, но это вовсе не драма. Человек раздобыл жука, поселил его на балюстраде… Столько тело-движений, и ради чего? Чтобы заставить меня сменить лестницу? Мелко как-то.

– Вот это интересный вопрос, – кивнул Костин. – Где древоточца нарыли? В каком месте его взять можно? Я тоже подумал, что вредить таким образом, мягко говоря, несерьезно. Поэтому и решил, что автор затеи прелестная дама, одна из тех, кто бывшему мужу в сиденье автомобиля, который ему после развода остался, селедку запихивает.

Я обиделась за свой пол.

– Есть и мужчины, способные на такое. Возможно, злоумышленник малообеспеченный человек. Для него новая лестница как космический корабль, потому что он зарабатывает гроши. Негодяй не понимает, что для вас это не проблема, он мыслит иными категориями. Сумма в сто тысяч евро для вас приемлемый расход, а для него состояние шейха, Алмазный фонд.

– Ладно, допускаю, что есть некто, желающий мне зла, – кивнул Милов. – Но предположить, кто это, не могу. Откровенных злодеев вокруг меня нет, хотя кое-кто может прятать ненависть за широкой улыбкой. Повторяю, мне приходится увольнять нерадивых сотрудников, ругать их. Вы возьметесь за это дело?

– За какое? – уточнил Володя.

– За оба, – решительно отрезал хозяин клиники. – В пятом отделении некий человек довел до самоубийства Раису Петровну Галкину. А в старом доме завелся иноземный жучок-древоточец. Кто-то же его принес? Значит, смерть бедной женщины-экскурсантки не случайность.

– Лишить Зайчевскую жизни можно было намного проще, – пожал плечами Костин, как бы не соглашаясь с последним выводом, – а тут многоходовая комбинация с ничтожной надеждой на успех. Экскурсии водят каждый день, люди записываются накануне. Никто не мог знать, что Елена решит отправиться на прогулку и в последний миг не откажется от нее.

– Странно, что она вообще решилась на экскурсию. Даже скажу больше – приехала в клинику, – добавила я.