Имидж напрокат

У осужденных к пожизненному заключению выход один – на погост. Следовало забыть про слова Козланюка, но я не мог. И попросил наших компьютерщиков очень внимательно изучить запись. Ребята очистили аудиофайл от посторонних шумов и… оказалось, что Родион проорал другую фразу: «Достану тебя, если наследника не сбережешь». Наследника, не наследство! По нашим данным, у Козланюка с завидным постоянством рождались девочки, что и побуждало главаря секты убивать своих любовниц и детей. Ему требовался мальчик. И судя по последнему выкрику, Родион его наконец-то получил. Кто произвел его сына на свет? Последней его любовницей мы считали Ксению. Но, получается, ошибались. Я задергался: в деле появилось нечто неясное. Но суд уже состоялся, преступника отправили к месту заключения. Мне пришлось забыть про выкрик «Учителя».

– А мы, беседуя с Ксенией, – снова повел рассказ Костин, – узнали вот что. Родион потерял к ней интерес, стал куда-то часто ездить, возвращался очень довольный, даже веселый. Кстати, с Михайловой была одна нестыковка. Козланюк заставлял своих любовниц рожать от него четыре раза, беременели бедняжки почти сразу после очередных родов. И лишь получив четвертую ненужную дочь, «Учитель» убивал гражданскую жену и малышек. А в случае с Ксюшей он остановился на трех девочках. И перестал заглядывать к любовнице в избу. Я предположил следующее: Родион нашел себе новую бабу, и та разрешилась мальчиком, мать долгожданного сына не жила в общине и присутствовала на суде, именно ей адресовался крик осужденного. Кто она, где обитает, чем занимается, мы с Лампой не узнали. Зато разобрались, кто убил Раису Петровну Галкину. Вернее, довел ее до суицида.

– Несчастную отправила на тот свет моя бедная подруга Ксюша, это же ясно, – всхлипнула Нина. – Она у нее в палате нарочно фальшивую справку, где сообщалось об онкологии, уронила.

– Почему? – спросил Володя.

– Что «почему»? – не поняла Волынкина.

– По какой причине Михайлова довела Раису Петровну до самоубийства? – расшифровала я вопрос. – В своей предсмертной записке Ксения никаких объяснений по данному поводу не дала.

– А мне откуда знать? – шмыгнула носом медсестра.

– Вы жили в одной квартире, – напомнила я, – считали себя сестрами.

– Даже между близкими есть тайны, – еще пуще захныкала Нина.

– Мне вы сказали, что познакомились с Михайловой во время учебы в медучилище. А Ксения изложила иную версию: ваша встреча произошла, когда она стала работать в доме престарелых. Еще вы очень красочно описывали историю с золотым яйцом, рассказывали о приезде к Михайловой обидевшей ее подозрениями в воровстве бывшей одноклассницы. А ведь не было ничего подобного, не так ли?

Нина заморгала.

– Наверное, я плохо объяснила.